Глава 4 - Женьшень
— Взять её! Скорее! Не дайте ей уйти… — раздался мужской голос за моей спиной, заставлявший бежать ещё быстрее, загоняя в тёмную глубину сырого леса.
Они преследовали отчаянно, пытаясь подступиться с разных сторон. У меня не было ни секунды, чтобы оглянуться и рассмотреть их лица. Страх сжимал сердце, дыхание сбивалось, я жадно глотала холодный воздух. Лавируя между деревьями, искала выход, дом, людей, что угодно, лишь бы спастись от неминуемой гибели. Рывок. Я должна была приложить ещё больше усилий, но бугристая, промозглая поверхность леса не давала даже шанса сбежать. Сердце бешено колотилось; через секунду они догонят меня, и всё закончится. Я должна была что-то сделать.
— Если не дастся живой… — голос незнакомца прозвучал ещё ожесточённее. — Убейте.
Силы покидали меня. Густая чаща будто нарочно преграждала путь: непроходимые стволы вырастали передо мной в самый неподходящий момент, скользкие листья мешали и замедляли — словно старались сломить меня. Я знала о своём даре, но в погоне он оказался бессмысленным. Мысль рискнуть, воспользоваться силой, промелькнула в голове так же быстро, как и исчезла. У меня не было возможности воспользоваться им: всё происходило слишком быстро, а преследователей было слишком много.
«Я не хочу умирать…»
— Чёртова сука! — дико разразился мужчина. — Стреляйте!
Характерный свист стрелы рассек воздух. Ноги подкосились. Движения были больше мне не подвластны. Я рухнула на колени, затем, всем телом, в холодную влажную листву. Топот приближался: всё ближе, всё громче. И только тихая мелодия звучала где-то на грани угасающего сознания.
— Калипсо, милая, ты опоздаешь на занятия, — голос отца вырвал меня из кошмара.
Я резко вскочила с кровати, задыхаясь от страха, будто и вправду гналось от погони. Разум ещё не успел осознать, что это был всего лишь сон.
— Милостивые Боги, папа… Это ты?
— А кто, по-твоему, это должен был быть? — он удивлённо посмотрел на меня и коснулся ладонью моего лба. — Ты в порядке?
— Очень смешно… — пробормотала я, пытаясь прийти в себя.
— Плохой сон?
— Ужасный. Хуже просто не придумаешь. За мной гнались какие-то люди, и это было так реалистично — ты даже не представляешь…
Я рухнула на кровать и подробно начала рассказывать ему сон, наблюдая, как его улыбку сменяла тревога. Он взвешивал каждое моё слово. Выслушав рассказ до конца, он попытался приободрить меня, напомнив, что это был всего лишь сон.
— В любом случае не задерживайся, спускайся вниз. У меня для тебя кое-что есть… Будем думать о твоей безопасности. — Довольно сказал отец, перед тем, как удалиться.
Оставшись наедине с собой я глубоко вздохнула, позволив пальцам скользнуть за спину. Казалось, что я чувствовала отголоски боли. Место выстрела пульсировало, словно след от стрелы действительно остался на коже. Я поёжилась и, чтобы отогнать это наваждение, потянулась за очками, но вовремя вспомнила об их печальной судьбе. Теперь на их месте лежал вручённый Стивеном подарок, который вчера я так и не открыла.
«Не могу же я вечно его игнорировать…», — подумала я и смело взяла подарок в руки.
Повертев коробку, я почти вернула её на место, но взгляд зацепился за аккуратную упаковку — и я не выдержала. Пальцы сами развязали бант, аккуратно стянули ленту, чтобы не повредить ни одной детали. Поддев уголок, я сняла обёртку — и передо мной предстал небольшой кейс тёмно-зелёного цвета с матовым покрытием, к которому была прикреплена записка:
«Калипсо, если ты открыла подарок уже дома, то я сердечно благодарен за то, что это осталось только между нами. Надеюсь, мой выбор тебя не разочарует. Прими в качестве извинения. — Стивен.»
После прочтения этих строк меня охватила неловкость. Никто из мужчин прежде не писал мне, и тем более никто не дарил подарков. Я испытывала смущение и волнение одновременно. Несколько минут я рассматривала кейс, скользила пальцами по его гладкой поверхности, изучала качество материалов. Думала, что, возможно, не стоило принимать этот подарок; корила себя за то, что не настояла, чтобы он забрал его с собой. Заметив же изысканную гравировку с моим именем на дне кейса, я вовсе пожалела о своей мягкости — теперь это выглядело так, будто я давала Стивену надежду.
Стивен Андерсен продумал всё до мелочей: он вложил внимание и заботу в каждую деталь, и от этого подарок выглядел ещё безупречнее. Я нажала на фигурную кнопку — и футляр автоматически открылся.
— Ну конечно… — с выдохом сказала я.
Внутри лежали очки с серебряными дужками. Они были восхитительны. Аккуратная, тонкая, сверкающая оправа не была широкой и круглой — напротив, она имела прямоугольную форму. Едва заметный мост придавал очкам элегантность и утончённость. Боясь поцарапать или сломать их, я осторожно вынула очки кончиками пальцев и бережно надела.