— Пустые угрозы? — Доминик усмехнулся и, не дав никому опомниться, молниеносно подхватил меня на руки. — Будь по-твоему, дружище.
Одна из его рук уверенно легла под сгиб моих колен, другая — поддерживала спину. Он нёсся вниз по лестнице так стремительно и легко, будто мой вес не имел для него значения. Ступеньки мелькали перед глазами, и с каждым шагом меня слегка подбрасывало. Энтони шёл позади, не сводя напряжённого взгляда с его затылка. Этот незримый контроль был единственным, на что он мог рассчитывать в сложившейся ситуации.
Оказавшись около двери чёрного хода, Доминик резко замер перед преградой, заранее предупреждая меня о намерениях.
— Держись крепче, нимфа.
Не успела я осмыслить сказанное, как его руки сильнее прижали меня к груди, и в следующий миг дверь с грохотом сорвало с петель. Доминику хватило всего одного удара, чтобы снести конструкцию вместе с косяком. Огненный закатный свет ворвался в помещение, и я с криком вжалась в его плечо, пытаясь спрятаться от обжигающих лучей.
— Какого чёрта?.. — Энтони застыл на месте, не в силах оторвать взгляда от погнутого металла, оставшегося от двери.
— Что, не умеешь так? — с вызовом обернулся к нему Доминик. — А теперь будь добр, закрой рот и открой заднюю дверь. Ключ в правом кармане.
Вдалеке завыли сирены. Со стороны центральных ворот доносились встревоженные голоса — горожане сбегались поглазеть на зарево и понять, зачем к школе стягивается полиция. Энтони, не задавая лишних вопросов, молча достал ключи и открыл машину. Доминик аккуратно усадил меня, а Энтони, не дожидаясь приглашения, тут же уселся рядом.
Тонированные стёкла стали для моих глаз живительным бальзамом. Зрение понемногу прояснялось, глазам возвращалась чёткость, а боль отступала. Автомобиль сорвался с места, и сердце провалилось в пятки. Мы неслись вперёд, пролетая один перекрёсток за другим. Доминик был виртуозным водителем, собранным, а его глаза быстро оглядывали попадавшихся на пути людей. Погони не было. Встречные машины мелькали словно миражи, а те, что ехали в нашем потоке, оставались далеко позади.
Энтони не терял времени зря, и уже через пару минут поездки на экране его телефона высветился адрес Вайлет.
— Если на следующем перекрёстке свернём направо, сократим путь почти вдвое. — Он протянул телефон вперёд, но Доминик решительно отказался его принимать.
— Я знаю, где живёт Питер.
— Вы знакомы? — удивилась я.
— Заочно, — Доминик глубоко вдохнул, словно набираясь решимости. — Чтобы не было недоразумений, я хочу прояснить кое-что, Калипсо. Я не могу оставить тебя у семьи Миллс.
Он замолчал, давая мне время осмыслить сказанное им. Его голос звучал твёрже обычного, не допуская возражений:
— Я пришёл, чтобы забрать тебя.
— Что… что это значит? — Моё тело мгновенно окаменело, пальцы судорожно впились в обивку сиденья. Внутри всё сжалось в ледяной ком.
«Неужели он один из тех, о ком говорил отец? — стучало в висках. — А что, если он их сообщник?»
Я пыталась дышать ровно, но паника, холодная и липкая, уже сдавливала горло.
«Стёкла у той машины тоже были тонированы…» — голова пошла кругом от леденящей догадки.
Я в тревоге взглянула на Энтони, отчаянно нуждаясь в поддержке, но его лицо оставалось каменным, искажённым лишь сдержанным отвращением ко всему происходящему.
— Прежде чем твой защитничек снова обвинит меня во всех смертных грехах, скажу сразу: я здесь по поручению Астарты, — спокойно продолжал Доминик. — Оставаться здесь ты не можешь. Они не остановятся, пока не найдут тебя.
Он на секунду замолчал, пристально глядя на Энтони, будто решая, стоит ли ему доверять.
— Скажем так… это очень опасные люди.
— Ты что издеваешься?! — не выдержал Энтони. — Кто эти «они»? Почему ей угрожает опасность? Хватит мудрить — скажи как есть!
— Понимаю твоё недовольство, но…
— Мама послала тебя за мной, и ты не везёшь меня к Вайлет. Так? — я прервала нарастающий спор.
Доминик слегка расслабился, заметив, что я начинаю понимать суть происходящего.
— Верно. Поговорить с Алексом не получится, но ты сможешь его увидеть.
— Каким образом?
— Мы сейчас будем проезжать мимо дома Вайлет, — он не отрывал взгляда от дороги. — У тебя будет всего мгновение, чтобы всё понять. Я не остановлюсь.
Доминик резко свернул на знакомую улицу.
— Сейчас.
Мы в унисон прильнули к стёклам.
— Боги… — выдохнул Энтони, замирая.
Мои губы сжались в тонкую ниточку. Возле дома Вайлет стоял тот самый чёрный автомобиль, который описывал отец. Из машины вышли двое высоких, широкоплечих мужчин. Чуть поодаль, небрежно облокотившись о капот, стояла девушка. Её волосы цвета беззвёздной ночи ниспадали тяжёлыми, глянцевыми прядями до самых пят. Лица не было видно, но всё в её позе кричало: именно она держала бразды правления в своих руках.