Поднявшись наверх, мы заняли свободные места и приготовились к традиционному «шоу». Для нашей директрисы приветственная речь была не столько обращением к ученикам, сколько восхвалением её методов обучения. Оркестр. Фанфары. Девчушка с ангельским личиком, старательно выводящая гимн. Старшеклассники, декламирующие хвалебные стихи в адрес директора. И лишь после этого в зал входила она — величественная и неумолимая Агния. Чего-то подобного мы ожидали и в этом году. Микрофон противно затрещал, и из-за кулис вышла заместитель директора, миссис Эмили. Нерешительно, но с тёплой улыбкой, она постучала по стойке и оглядела зал.
— Добрый день, учащиеся нашей замечательной школы, — произнесла она, на секунду запнувшись. Её взгляд нервно скользнул по залу, выдавая привычное волнение.
— Я счастлива видеть вас отдохнувшими и полными сил после каникул. Обычно новый учебный год открывает приветственная речь нашего уважаемого директора... но сегодня у меня для вас особенные новости.
— Что происходит? — шёпотом спросила Вайлет.
— Ничего не понимаю. — Как можно тише ответила я.
В зале повисло безмолвие. Такого ещё не случалось. Новички воодушевлённо затаили дыхание, а остальные переглядывались с нескрываемым любопытством.
Миссис Эмили, в трепетном волнении, продолжила:
— Позвольте мне, представить вам нашего нового директора — Чарльза Оливера. Прошу любить и жаловать.
В зале раздались редкие, несмелые аплодисменты. Большинство сидело с открытыми ртами, пытаясь осознать услышанное. Лишь Вайлет светилась от предвкушения — новость явно играла ей на руку.
Миссис Эмили неуклюже скрылась за кулисами, и на сцену вышел статный мужчина с пытливым взглядом. Чарльз Оливер поражал ростом — почти два метра. Уверенная, неторопливая походка, гордо расправленные плечи. Дорогой тёмно-синий костюм, белоснежная рубашка и идеально повязанный галстук придавали ему ещё больше шарма. Остановившись в центре, он принял удобную стойку: одна рука в кармане, другая легко сжимала микрофон. Всё в нём говорило о человеке, привыкшем управлять вниманием публики. Он не спешил говорить. Медленно окидывал зал взглядом, давая понять: каждое слово против него будет иметь последствия. Сотни глаз следили за ним, и никто не осмеливался нарушить тишину. Наконец он поднёс микрофон к губам и одарил зал безупречной, но холодной улыбкой:
— Дорогие ученики, родители и коллеги, — его голос звучал ровно и уверенно. — Я рад знакомству... и надеюсь, это чувство взаимно.
Его проницательный взгляд медленно окидывал трибуны и внезапно остановился на мне. Всего на секунду, но так отчётливо — словно он увидел то, ради чего пришёл. Странным образом за это короткое мгновение, мне показалось, будто внутри что-то отозвалось. Я видела его впервые, но удивительное ощущение, что мы давно знакомы неотступно засело в моей голове. В его пытливых глазах мелькнуло любопытство, и я тут же, нервно перебирая пальцами, опустила глаза.
— Желаю всем успешного учебного года. Надеюсь, мы станем одной большой семьёй. У меня много идей, чтобы сделать нашу школу инновационной и прогрессивной, и я намерен воплотить их в жизнь. Если будут вопросы или предложения — не стесняйтесь, я выслушаю каждого в своём кабинете. Надеюсь на отличную совместную работу. Да начнётся учебный год.
Мистер Оливер опустил микрофон и улыбнулся ещё шире, когда зал взорвался аплодисментами. Из-за кулис выскочила миссис Эмили, жестами передавая, что можно расходиться, и поспешила за директором, выкрикивая ему что-то вдогонку.
— Ну и что это было? — недовольно бросил Энтони, поднимаясь с кресла. — Агния бы ни за что не уступила этому скользкому типу своё место.
— Не знаю... — загадочно протянула Вайлет. — По-моему, он хорош. И вообще, одной проблемой меньше — теперь ничто не помешает мне получить золотую медаль.
Она скосила на меня взгляд.
— А тебе он как?
Не успела я и рта открыть, как лицо Энтони исказилось. Вопрос вовсе не звучал предосудительно, но он вмешался раньше, чем я успела что-либо ответить.
— У кого что болит, Вайлет, — осуждающе бросил он.
Энтони уже собирался уйти, но, остановившись возле меня, мрачно добавил:
— А тебе... лучше сократить общение с такими, как она. — Он едва заметно кивнул в её сторону. — Плохое влияние сразу бросается в глаза.
Вайлет вспыхнула, задрожала от злости.
— Столько лет прошло, а ты не изменился, — огрызнулась она. — Как был занудой, так и остался!
— Вайлет, прошу, остановись, — удручённо вздохнула я.
— На чьей ты стороне? Разве он не заслужил этого? За-ну-да!.. — выкрикнула она ему вслед.