— Что за чёрт... Вайлет, я помню Майка, он выглядел совершенно иначе, — я сняла очки и протёрла стёкла, убеждаясь, что зрение меня не подводит.
— Я знала, что он тебе понравится.
— Дело не в этом, люди не меняются так за три месяца, — я стояла с открытым ртом, тщетно пытаясь узнать в нём того мальчишку, которого знала раньше.
— Ты преувеличиваешь, — она бросила хмурый, осуждающий взгляд в мою сторону.
Я не могла оторвать глаз: его преображение казалось нереальным.
— Дамы, да вы произвели фурор, — Майк театрально склонил голову.
Приблизившись к Вайлет, он без тени смущения притянул её в поцелуе. В этот миг я в полной мере ощутила смысл фразы «третий лишний».
— Кхм-кхм, — перебил их мистер Ченг. — Молодые люди, до урока ещё десять минут. Прошу вести себя прилично.
Выразив недовольство, учитель вернулся в кабинет, громко порицая современную молодёжь.
— Тебя просто не узнать! Как такое возможно? — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать, насколько прямолинейно прозвучал вопрос.
— Ну, может, чуточку... но ты явно преувеличиваешь, — самодовольно провёл он рукой по волосам, уходя от ответа. — Кстати, как тебе мой сюрприз? — с ожиданием похвалы он повернулся к Вайлет.
— О чём ты? — удивилась она.
— Попросил отца убрать Агнию с поста директора.
Мы переглянулись. Удивление было общим, а вот эмоции — разными.
— Так это твоих рук дело? — я скривилась от возмущения.
— Конечно. Она грозилась отчислить мою девушку. Разве я мог позволить причинить ей вред? — его глаза застыли на подруге, а улыбка хищно поползла вверх.
— Майк, давай к нам! Начинаем! — крикнул одноклассник, выдёргивая его из разговора.
— Увидимся вечером, ладно? — он нервно коснулся её плеча, словно ждал одобрения.
— Конечно, — ответила Вайлет, оставляя на его щеке едва заметный след от губной помады.
От прежнего застенчивого, робкого парня не осталось и следа. Когда-то он с трудом решался просто заговорить, а теперь — рушит жизни людей по собственной прихоти. Для меня это было возмутительно. Но Вайлет, похоже, считала его поступок героическим. И это поражало.
Неловкость между нами тянулась до конца занятий. А когда мы вышли на улицу, Вайлет попыталась сгладить напряжение:
— Прыгай, довезу.
— Не нужно, — я быстро отмахнулась. — Папа, наверное, уже освободился.
Она огорчённо выдохнула, понимая, что я намеренно избегаю её. Но сдаваться не стала. Вымученно натянув улыбку, попробовала снова:
— Да ладно. Зачем его отвлекать? У хирурга и без тебя дел полно.
Взглянув на время, я была вынуждена признать правоту её слов: рабочая смена отца ещё не закончилась. Беспокоить его не хотелось, а идти пешком до дома — не было ни желания, ни сил. В итоге пришлось согласиться.
Вайлет сжала руль крепче, её взгляд был прикован к дороге. В салоне повисло напряжённое молчание. Мы обе чувствовали неловкость, от которой невозможно было избавиться. Наши взгляды на мир всегда совпадали, но сейчас я не находила слов, чтобы развеять сомнения по поводу её выбора. Я была высокого мнения о Вайлет, и именно поэтому подлый поступок Майка казался особенно болезненным. Она могла быть взбалмошной, своенравной, но в глубине души была хорошим человеком. Я отвернулась к окну. Дорога тянулась серой лентой, а реальность вдруг показалась хрупкой, покрытой невидимыми трещинами. Всё происходящее было странным, точно я балансировала на грани реальности и сна. На мгновение показалось, что мир, каким я его знала, изменился.
— Калипсо... ты молчишь, и это меня тревожит, — наконец произнесла Вайлет. — После встречи с Майком тебя совсем не слышно.
— Прости... возможно, я слишком накручиваю, но всё это кажется неправильным, — я пожала плечами, глядя на неё. — Ты так не думаешь?
— Ты слишком строга к нему, — она попыталась отшутиться, но я слышала, как отчаянно ей хотелось его защитить. — Он сделал это ради меня, твоей лучшей подруги! Разве этого недостаточно, чтобы прекратить сомневаться в нем?!
— Пусть так... но большой угрозы не было. Для Агнии школа значила всё. Да, она могла угрожать, но чтобы отчислить тебя... — сомнения всё глубже засели во мне.
— Калипсо, ты драматизируешь, — Вайлет повернулась ко мне с лёгкой улыбкой. — Вот выгнали бы меня из школы — и как бы ты жила без подруги?