В груди затрепетало. Этот безумец был готов идти против богов, против системы — ради одного лишь обещания защитить меня. Мне не хотелось, чтобы он уходил, но его упрямство лишь сильнее навлекало на него беду. Этого нельзя было допустить. И я, не опуская взгляда, заглушая нарастающую тревогу, спокойно ответила:
— Здесь я в безопасности.
Он задержался всего на секунду, будто проверяя, точно ли услышал. Потом резко отнял руку от Тизифона и самостоятельно направился к выходу. Верховные боги не вмешивались в перепалку, лишь с интересом наблюдали за тем, как раскрывались отношения в новоиспечённой команде. Арес смотрел зорко, с любопытством, когда же по лицу Гермеса мелькнула тень настороженности.
Дверь нехотя захлопнулась за последним членом команды, и я села на предложенное мне место. Арес садиться отказался, а Гермес, откинувшись назад и больше не скрывая эмоций, с надрывом, огорчённо проговорил:
— Калипсо, ты меня подвела.
— Простите, я подумала…
Но он и слушать не захотел:
— Твоя неосторожность меня поражает. Ради того, чтобы оказаться здесь, ученики готовы на всё. Некоторые ждут годами. Но ты… — он сделал паузу. — У меня начинает складываться впечатление, что ты делаешь это специально.
Я стыдливо опустила взгляд на колени, не решаясь ответить. Меня отчитывали, как ребёнка, — и мне действительно было нечем возразить. Да я бы и не посмела — кожей чувствовала взгляд бога войны за спиной. Арес молчал, но я знала: он взвешивает каждое моё слово. Я чувствовала себя рядом с ними слишком уязвимой. Слишком смертной. Их энергия не просто ощущалась — она пробирала до костей. Передо мной сидел бог хитрости и красноречия. За спиной — палач. Жестокий и беспощадный бог войны наблюдал за происходящим в молчаливом ожидании, с хищным интересом, словно происходящее доставляло ему мрачное удовлетворение.
— Я хочу понять, по какой причине ты ослушалась моих наставлений, — продолжил Гермес. — Почему не осталась в стороне?
— Я пыталась защитить невинную, — робко начала я. — В тот момент мне показалось, что это самый безопасный для всех вариант.
— Ты ослушалась моего приказа. Этого не должно было произойти. Как бы хорошо вы ни прошли задание, я не могу найти для тебя слов похвалы.
— Если бы я не сделала этого, появились бы жертвы…
— В вашей команде есть для этого специальный человек, — безжалостно напомнил он.
— Ха… — послышался за моей спиной громкий, раздражённый звук.
Я опустила голову, сжала кулаки и заговорила громче:
— Это неправильно! Вы хотите от меня слишком многого! Я не могу заставить себя поступать так, как мне приказывают. У меня есть воля, желания, рефлексы в конце концов, которые я не могу контролировать, когда близким мне людям грозит опасность.
Я стремительно поднялась со стула.
— Вы предлагаете мне трусливо прятаться за спинами других? Предлагаете пожертвовать Энтони? Разве тогда мы будем настоящей командой?!
— Достаточно! — властно заставил меня замолчать Гермес. — Лучше остановись, пока не наговорила лишнего.
Невидимая и сокрушительная сила его слова будто отшвырнула меня назад. Я попыталась быть сильной, не дрогнуть под его взглядом, но не смогла сдержаться, не смогла вовремя остановиться. Я была слишком открыта для Гермеса. То, что мне казалось честностью, для него было лишь проявлением человеческого невежества.
— Я должен был заставить тебя стереть им всем память, но проявил великодушие, — говорил он, пытаясь укрепить во мне чувство вины. — Запомни это хорошенько!
— Вы хотели, чтобы я забрала их воспоминания?
— Именно это и произошло бы. Но по неизвестной мне причине Тизифон предпочёл молчать об увиденном.
Внезапно Гермес поднял взгляд и, оставив меня, направился навстречу своему брату.
— Энтони ведь твой сын? Верно?
Бог войны медленно поднял меч, но, к моему удивлению, лишь для того, чтобы вернуть его в ножны.
— Что бы ты ни задумал, я не позволю ему навредить!
— Разве я мог бы? — спокойно ответил Гермес. — Арес, ты вхож в пантеон. Ты мой брат. Зевс поручил мне контролировать территорию Горта, и я лишь исполняю приказы.
— Значит, ты его не тронешь?
— А должен? Я хотел лично уточнить некоторые детали. Его ответ был честным — он говорил искренне. Благодаря этому разговору я обрёл уверенность в том, что он не тот, кого я ищу.
Положив руку на плечо Ареса, Гермес мягко, но уверенно усмирил напряжённость, возникшую между ними.
— А что насчёт меня?
Я поднялась из-за стола, ощущая неловкость из-за услышанного. Мне хотелось как можно скорее уйти отсюда, поэтому я осторожно напомнила о себе: