— Иди, скажи Сауду, чтобы немедленно выяснил, что за девчонка была, откуда, кто мог нападение организовать, короче — всё…
Через полчаса Сауд, личный мозговой центр и информационный источник Абдуллы, получивший степень магистра в Калифорнийском университете, делал своему боссу обстоятельный доклад.
Девочка — пациентка американского госпиталя, поставщик — санитар этого госпиталя, студент медицинского института Мустафа. Девочка в настоящее время находится в госпитале под усиленной охраной. Отсюда можно сделать вывод, что нападение было организованно американскими военными или секретными службами. Мустафа на дежурство не вышел. Очевидно, пытается скрыться.
— Найди мне этого Мустафу, — наливаясь кровью прохрипел Абдулла. — Из-под земли достань! Сколько бы это ни стоило!
— Все наши информаторы будут оповещены сегодня же, — спокойным голосом сказал Сауд. — За информацию о Мустафе будет назначена награда. Установим контакт со всеми медицинскими учреждениями страны. Рано или поздно он попытается устроиться на работу по специальности, если мы не отловим его раньше.
Мустафа решил, что на время придётся забыть о медицинской карьере. Он снял под чужим именем маленькую комнатушку у полуслепого хозяина в пригороде Вартина и перебивался случайными заработками, продолжая работать на складе магазина строительных товаров. Так прошло больше года и Мустафа постепенно успокоился. Может быть, его никто и не ищет? Да и времени прошло уже порядочно. Вся история должна была уже давно забыться. Успокаивая себя такими мыслями и понимая, что всю жизнь скрываться бессмысленно, он устроился на работу санитаром в местную больницу.
Через четыре дня двое неизвестных напали на него средь бела дня, когда он возвращался с дежурства, закрутили руки за спину, в мгновение ока засунули в подъехавший автомобиль и увезли в неизвестном направлении.
— Долго же я ждал встречи с тобой, — медленно проговорил Абдулла, сидя развалившись на диване. Мустафа, бледный, несмотря на смуглую кожу, молча стоял перед ним.
— Ты, наверное, догадываешься, что тебя ждёт за свинью, которую ты мне подложил?
— У меня есть для вас очень важная информация, эфенди, — срывающимся голосом проблеял Мустафа. — Я всё видел своими глазами! Этот доктор знает какую-то тайну… У него есть какое-то секретное лекарство. Он эту девочку на моих глазах оживил. Она мёртвая была, клянусь Аллахом! Он чудеса может творить!
— И ты думаешь, я поверю в эти сказки? — хмуро спросил Абдулла.
— А вы всё-таки выясните, чем этот доктор раньше занимался, — хватаясь за соломинку, затараторил Мустафа. — Он что-то такое знает, что никому не известно. Если уж он мёртвых воскрешать умеет. Может быть, вам удастся его секрет узнать, представляете, какая польза вам от этого была бы. Его доктор Стивенс зовут…
— Сауд, — обратился Абдулла к сидевшему в кресле человеку, — наведи, пожалуйста справки, что это за доктор такой. И если ты врёшь, — Абдулла повернулся к Мустафе, — я с тебя медленно-медленно кожу сдирать буду.
Четыре дня Мустафа не знал, на каком он свете. Кормили его хорошо, но кусок не лез в горло. Всё это время его не покидала мысль о самоубийстве, но ничего подходящего для реализации этого намерения в поле зрения не попадало. В комнатушке, где его держали, ничего, кроме нескольких сложенных один на другой матрасов не было. Кормили его с бумажных тарелок, а туалет представлял собой просто дырку в полу, хоть и с подведённым к ней водопроводом. Наконец, на пятый день заточения, два здоровенных охранника опять отвели его к Абдулле.
— Ну что ж, — сказал хозяин, — хорошо, что ты не соврал мне. Похоже, что информация об этом докторе действительно ценная. Только это тебя и спасло. Считай, что второй раз на свет родился. А это тебе на первое время. За то, что не соврал.
Абдулла вынул из кармана толстую пачку долларов, отсчитал пять сотенных бумажек и положил их на стол перед Мустафой.
— Мои люди отвезут тебя в аэропорт. Билет до Анкары для тебя уже заказан. Иди и помни мою доброту.
Мустафа совершенно не помнил, как он, сопровождаемый охранниками, вышел из комнаты, прошёл по залитому солнцем из высоких окон коридору, и оказался на каменном крыльце перед белым, сверкающим множеством хромированных частей автомобилем. Один из охранников открыл дверцу и пропустил Мустафу внутрь. Усевшись на широком покрытом прохладной кожей сидении, Мустафа почувствовал, что его трясёт, как в лихорадке. Охранники, сидевшие на переднем сидении, не обращали на него никакого внимания.