— Мало того, — отозвался Фавзи, — к нам, настоящим мужчинам, воспитанным в духе ислама, они относятся враждебно и с нескрываемым презрением. Тебе ещё предстоит это почувствовать на себе. Эти шармуты отдают своё тело слабым американским парням при любом удобном случае, а нас, настоящих мужчин, за людей не считают.
Ночью Мусаид долго ворочался в своей постели и никак не мог заснуть. Его преследовали образы развратных девиц, одетых в миниатюрные штанишки и коротенькие юбочки, выставляющие напоказ длинные голые ноги. Торчащие вперёд женские груди в кружевных лифчиках, бретельки которых бесстыдно выглядывали из-под ничего не прикрывающих маечек. Прозрачные блузки на более зрелых женщинах выглядели ещё более соблазнительно и греховно.
Наконец сон одолел, но он вскоре опять проснулся, испытав во сне неконтролируемый оргазм. Трусы на нём были мокрыми от спермы. Мусаид вскочил и, стараясь ступать как можно тише босыми ногами по паркетному полу, направился в ванную комнату.
— Только бы никто ничего не заметил, — билась в голове одна мысль. — А то ещё кто-нибудь подумает, что он мастурбировал. С недавних пор дома это считалось страшным преступлением, за которое полагалась смертная казнь.
Полтора месяца Мусаид отчаянно боролся с собой. На лекциях он не сводил глаз с преподавателя, старался сконцентрировать своё внимание на его словах, но всё чаще ловил себя на том, что не понимает их смысла. Проклятые голые ноги и торчащие вперёд груди окружающих его студенток всплывали в его горячечном воображении. И не было в этой безбожной стране мальчиков-школьников, с которыми он мог бы снять распиравшее его изнутри сексуальное напряжение.
Мусаид начал тихо ненавидеть эту страну. Мало того, что он мучился от сексуальной неудовлетворённости, так он ещё начал замечать, что все эти дочери греха, эти ничтожные развратные твари, смотрят на него свысока, с презрением, и пересмеиваются между собой, бросая наглые взгляды в его сторону. Терпеть такое было выше его сил. Да и кто на его месте мог бы это вытерпеть? И почему надо терпеть такое?
Однажды, проходя по коридору, он заметил как две особенно нахальные студентки, откровенно посматривая на приближающегося к ним Мусаида, вполголоса обменивались короткими фразами и звонко хохотали. Он мог расслышать отдельные слова, но его английский был недостаточно хорош, чтобы понимать смысл их разговора. Однако, одно услышанное слово вопреки его воле заставило его остановиться. «Туземец» — ясно произнесла одна из них, и это определение явно относилось к нему.
— Я знаю, что вы говорите обо мне, — со злостью в голосе произнёс, обращаясь к этим развратным ничтожествам Мусаид. — И удивляюсь на ваших мужчин, которые позволяют женщинам обсуждать их и смеяться над ними.
— Вы совершенно не уважаете себя, — добавил он подошедшему к ним студенту. — Вы не мужчины.
Парень, к которому обращался Мусаид был на полголовы выше его и в два раза шире в плечах.
— Я же говорю — туземец, — с вызывающим пренебрежением бросила одна из девиц. — Откуда только такие экземпляры берутся?
— Я чувствую, у вас тут конфликт назревает, — улыбнулся парень, стараясь разрядить ситуацию.
— Раз уж ты приехал в цивилизованную страну, должен научиться вести себя как цивилизованный человек, — со злостью сказала девушка, глядя Мусаиду прямо в глаза. — Может быть, в твоей стране женщины и живут как рабыни, но не здесь. И обращаться с женщиной, как с низшим существом здесь тебе никто не разрешит. Даже если у вас там процветает каннибализм, здесь тебе никто не разрешит этим заниматься.
Такой наглости от женщины Мусаид не ожидал.
— Наша цивилизация, — произнёс он твёрдым голосом, с трудом сдерживая себя, — на тысячи лет старше вашей. Когда у нас уже была письменность, математика и астрономия, вы ещё по лесам голые с каменными топорами бегали. И цивилизацию наши мужчины построили, а не женщины. А вы теперь берётесь учить нас как жить?
— Послушай-ка, — миролюбивым тоном произнёс парень, — успокойся, а? А то ты сейчас лопнешь от злости и собственной важности. Ты мне только скажи, если ваша цивилизация такая древняя и мудрая, чего же вы сегодня-то и в экономической, и в научной, и в военной областях в глубоком говне сидите? Где ваши собственные научные разработки? Где ваши физики, химики, биологи, астрономы? Где ваши компьютерные системы, авианосцы, атомные подводные лодки, самолёты, ракеты? Вы ведь даже Калашниковы производить сами не умеете, а на стороне покупаете.