— Не рано ли мы доктора растворили? — с сомнением в голосе спросил подошедший напарник.
— А чем бы он тебе помог? — резонно возразил первый, — лежал бы сейчас тут рядышком, окачурившись.
9. ЭКСПЕРИМЕНТ ПРОДОЛЖАЕТСЯ
— Так, — огляделся вокруг старший, — оборудование отключить и на склад. Всё, что есть жидкого в лабораторной посуде — смешать с концентрированной кислотой и вылить в специально отведённом для этого месте, ты знаешь где, — он посмотрел на своего помощника, молодого человека интеллигентного вида, в тёмном костюме с галстуком. Тот в ответ молча кивнул головой.
— Всю лабораторную посуду продезинфицировать и разбить. Завтра возьмёшь себе в помощь двоих амбалов из охраны. Всех подопытных животных умертвить и сжечь.
— И этого тоже? — молодой человек указал кивком головы на клетку с шимпанзе.
— Всех, я сказал. Никаких исключений.
— Хорошо. Я просто подумал, что его можно было бы передать в зоопарк. — Нет, — отчеканил отдававший распоряжения. — Мы не знаем, какие опыты здесь проводились и какую опасность могут представлять эти животные.
— Я только вошёл, а он вдруг как прыгнет на меня откуда-то сверху, из-под потолка, — оправдывался двухметровый верзила. — С ног сбил — и ходу. Охранник на выходе тоже ничего такого не ожидал, даже пистолет вытащить не успел, только его и видели.
— Я вот никак понять не могу, — задумчиво сказал второй, — как он из клетки выбрался? Замок на полу валяется, открытый. Гвоздь согнутый неподалёку. Неужели он сообразил гвоздём замок открыть? Это ведь и человек-то не каждый сможет, а тут — обезьяна.
— А может, его кто-то ночью из клетки выпустил? — предположил первый.
— Все помещения были на сигнализации, кто же войти-то мог?
— Ну, и что теперь делать будем? За такое по головке не погладят.
— Давай-ка, знаешь, что? Надо охранника на выходе припугнуть и уговорить молчать. Вроде ничего не произошло. А начальству доложим, что всё в порядке, мол, задание выполнено.
— А если этот шимп где-то обнаружится?
— Да кто там будет выяснять, откуда он взялся? Может, из зоопарка сбежал. А может, у кого-то в доме жил, нелегально. В качестве домашнего животного. Знаешь, чего только люди не держат, и крокодилов, и удавов. Может, и обезьян.
— Интересно, куда могли подеваться вещи с балкона четвёртого этажа? — недоумевала миссис Эккарт. Квартира весь день была закрыта на ключ. Да и дверь на балкон тоже была заперта, это она помнила совершенно твёрдо.
— Да и кому могли понадобиться ношенные шорты и куртка, да ещё такого размера?
Отпрыск миссис Эккарт Дэниэл был мальчиком, мягко говоря, упитанным. При обычном для десятилетнего ребёнка росте размер ему требовался уже, считай, вполне взрослый.
— Ой, ведь и кепочка бейсбольная тоже здесь, на верёвке сушилась — а теперь нет. Не иначе, кто-то подшутить решил. Да кто бы это мог быть. Может, с верхнего этажа верёвку с крючком на балкон спустили, и… Да нет, что это я, мы же на последнем этаже живём.
Последний уличный розничный торговец, бедолага Джим, принёс свою лепту уже после одиннадцати.
— Ну что, совсем мозги уже не фурычат? — недовольно пробурчал малыш Билли, сгребая своей огромной лапищей замусоленные бумажки. — Все уже давно отстрелялись, тебя одного жду.
Джим молча потупился, переминаясь с ноги на ногу и пытаясь скрыть дрожь, судорогами пробегавшую по всему телу.
— Ладно, на, поправься, — смилостивился наконец Билли и протянул пацану пакетик с наркотой. — И твои десять процентов. Купи чего-нибудь пожрать-то себе, а то ведь с голодухи копыта откинешь.
Джим засунул в карман мятые доллары, но и невооружённым взглядом было видно, что ему не до еды. Всё его внимание было сосредоточено на вожделенном пакетике. Парень уже несколько часов был в ломке.
— Недолго протянет, — оценил его состояние малыш Билли. У него по этой части был богатый опыт. За последние четыре года не один десяток таких духариков прошёл через его руки и сгинули все, кто где-то в трущобах, кто в полицейских участках.
— Закон джунглей, — вздохнул Билли, — выживает сильнейший.
Он обменял у бармена грязные десятки и двадцатки на сотенные бумажки, аккуратно сложил их и засунул во внутренний карман своей спортивной куртки. Подумав, решил принять порцию перед уходом. Сам Билли наркотой никогда не баловался и не уважал тех, кто без этого жить не мог, неважно к какому слою общества эти слабаки принадлежали. Результат-то, в конечном итоге, был один и тот же: на иглу — и в ящик.