В следующую минуту Марджори услышала звук поворачивающегося в замочной скважине ключа. На пороге появилась стройная фигурка, явно принадлежащая молодой женщине.
— Ой, простите, — услышала Марджори совсем юный женский голос. Вслед за фразой раздался сдавленный смех.
— Я бы не стала вам мешать, — продолжала девушка, — я просто не ожидала ничего подобного. Ну и Шорти, ну и метеор!
— Всё произошло так быстро, — виновато произнесла Марджори, — я не знала, что он не один.
— Да не волнуйтесь вы, ради бога, — сказала девушка. — Всё в порядке. Я просто поражена предприимчивостью этого нахала. Когда это он только успел?
— Меня зовут Селина, — сказала она, протягивая руку.
— Марджори, — ответила Марджори.
Нахал сидел рядом с ней на корточках, переводя взгляд с одной женщины на другую.
— У вас, наверное, проблемы со зрением? — участливо спросила Селина.
— Да, а как вы догадались?
— Простите меня, но я должна сообщить вам одну неприятную вещь. Ради бога, не принимайте это близко к сердцу, поверьте, ничего страшного в этом нет. Я и сама на этом обожглась. Видите ли, ваш кавалер, хоть он и очень сообразительный, я бы даже сказала, умный, не совсем человек.
— Что вы имеете в виду, — не поняла Марджори, поджимая колени и пытаясь завернуться в свою коротенькую шубку.
— Он шимпанзе, — собравшись с духом выпалила Селина.
— О! — поразилась Марджори и замолчала. Но через несколько секунд добавила:
— Вообще-то, я не расистка.
10. В ЖАРКОЙ — ЖАРКОЙ АФРИКЕ
— Эй, Эдвин, глянь-ка, что там в шестом секторе.
Красная лампочка над экраном продолжала мигать. Эдвин лениво поднялся и, зевая, направился к пульту наблюдения. Усевшись в вертящееся кресло, он щёлкнул клавишей и стал всматриваться в один из засветившихся экранов. В мертвенном зеленоватом изображении, передаваемом камерой ночного видения, явственно угадывались людские силуэты. Эдвин включил звук и комнату наполнил тоскливый, леденящий душу вой, тянувшийся на одной ноте. На фоне этого воя ясно различались оживлённые голоса, выкрикивающие гортанные слова.
— Ну, что там? — спросил развалившийся в кресле с откидной спинкой Ларри.
— Похоже, прибавка к жалованью в этом месяце.
— Сколько их там?
— Вроде четверо. Один, по-видимому, связан. Он, скорее всего, и орёт.
— Далеко от границы зоны?
— Метрах в ста — ста двадцати.
— Ну давай, вкати-ка им дозу. Да побыстрее. А то очень уж этот надрывно воет. Не помер бы — живые доллары всё-таки.
— Да уже шмелей запустил. Сейчас угомонятся.
— Боба разбуди, пусть съездит. И новенького с собой пусть возьмёт. Пора ему в курс дела врубаться.
На пороге, по детски протирая кулачком глаза, появилась длинноногая Ксюша в соблазнительной коротенькой ночнушке.
— Ну что за ночные концерты? — капризно протянула девушка. — Сколько можно эту жуть слушать. Выключите уже.
Эдвин послушно убрал звук. За спиной у Ксюши вырос Алекс.
— Что это? — спросил он взволнованным голосом.
— Местный колорит, — лениво ответил Ларри. — Разбуди-ка Боба, да вместе с ним и съездите. Ты у нас фельдшер по-совместительству, так тебе и карты в руки.
Алекс ничего не понял, но вопросов задавать не стал. Автоматически отметив краем сознания кругленькую Ксюшину попку под полупрозрачной тканью, он повернулся и направился по узкому коридору к комнатке Боба.
Тот, естественно, уже не спал.
— Оденься на выход, — проинструктировал Боб, — автомат прихвати на всякий случай. Хотя, я думаю, не понадобится. Жду в вездеходе.
Через пять минут вездеход, урча, выполз из ангара и двинулся, набирая скорость, вдоль трубы.
— Тебя, небось, любопытство распирает? — спросил Боб, когда купол станции остался далеко позади. — Вижу, что, вроде, не боишься. Или прикидываешься, что не страшно?
— Приятного мало, — признался Алекс, — особенно когда не знаешь, что происходит.
— Да ничего особенного не происходит, — сказал Боб. — Каннибалы опять жрут друг друга. Приедем на место — полюбуешься. Тебя, что никто в курс не ввёл перед отправкой сюда?
Алекс отрицательно покачал головой.
— Ну, тогда я тебе вкратце, — Боб откинулся в кресле водителя, продолжая сжимать руль в руках и не спуская глаз с экрана ночного видения. — Ты ведь знаешь, сколько времени развитые страны пытались помочь народам Африки, Юго-Восточной Азии и Островов. Понятно, что не из абстрактного гуманизма, а с целью прибрать к рукам природные ресурсы. Уже в начале века наметилась серьёзная конкуренция со стороны Китая и Индии, так что надо было наложить лапу на Средний Восток и Африку. Да только помощь до нуждающихся не доходила — рассасывалась по карманам коррумпированной бюрократической верхушки. А то и просто не допускалась до бедствующих районов воюющими за власть вооружёнными бандитами.