— И не у тебя одной, — успокоил Джеймс. — А ты думаешь, откуда взялись все эти теологические трактаты Фомы Аквинского и других так называемых отцов церкви? Все они задавали сами себе вопросы и пытались на них ответить. Но для того, чтобы объяснить все эти противоречия, приходилось фантазировать, наслаивать одну нелепость на другую. И в результате все они так запутались, что показывать эти схоластические изыскания простому народу оказалось просто бессмысленным. Так что прихожане, как в средние века, так и теперь веруют в весьма усечённую версию христианства.
— Ну вот, и у меня теперь появились сомнения, — с грустью в голосе произнесла Тина. — Я сказала, что бог милосерден, а на самом деле-то в чём его милосердие заключается? Ведь людей-то, свои любимые создания, каким наказаниям подвергает! И при жизни, и после смерти. После смерти-то ещё и хуже, потому что эти наказания вечные. Так что же выходит, что миссис Эдвардс была права, что ли? Нет, я с этим никогда не соглашусь!
— Теперь вы видите, что логический рациональный анализ любого атрибута бога приводит к противоречиям. А ведь это только начало. Мы только поцарапали поверхность проблемы. А если начать говорить о мире ангелов, о рае и аде, о христианских святых — вопросы будут возникать на каждом шагу. И анализ этих вопросов будет неизменно приводить к неразрешимым противоречиям.
— Ладно, — сказала Моника, — сегодня мы все проблемы всё равно не решим. Давайте-ка спать.
Утром следующего дня всех разбудил непонятный шум на улице. Выглянув в окно, Джеймс увидел настоящую демонстрацию. Внушительная толпа стояла неподалёку от дома, выкрикивая хором непонятные лозунги. На транспарантах Джеймс прочёл: «Верните детей родителям!»
— Не иначе, духовные пастыри организовали всех прихожан на борьбу с укрывателями детей-беглецов, — сказал Джеймс Монике, поднявшей голову с подушки. — Пора вызывать Майка.
Майк примчался минут через двадцать. На улице уже появился дополнительный наряд полиции. Толпа не умолкала ни на минуту.
— Ну, что, ребятки, долго оставаться здесь вам нет никакого смысла, — сказал Майк. — У вас уже есть выбор. Четыре семьи в разных концах страны с удовольствием примут каждого из вас. Кроме того, судья Дуглас нашёл для вас обоих спонсора, который готов оплатить ваше обучение и проживание в престижной школе-интернате на восточном берегу. Подумайте, и принимайте решение. Здесь у меня подробная информация о каждой из четырёх семей с фотографиями. — Майк показал на свой портативный компьютер. — Очень милые люди. Хотите посмотреть?
— Я не хочу к чужим людям, — угрюмо произнесла Вероника. — Я лучше в школу-интернат. Чтобы чувствовать себя независимой. А ты как? — спросила она Кевина.
— А я с тобой, если ты не против.
— Ну, что ты такое говоришь. Конечно, давай вместе. Вдвоём легче будет на новом месте привыкать.
— Ну что, решено? — спросил Майк, допивая предложенную Моникой чашку чёрного кофе.
— Решено, — в один голос ответили Кевин и Вероника.
— Ну, вот и отлично, — улыбнулся Майк. — Думаю, вы приняли правильное решение. Ребята, вы уже взрослые, пора самим принимать ответственность за свою жизнь. Сейчас вызову полицейскую машину. Минут через пятнадцать-двадцать вас вывезут отсюда. Однако, и вам тоже оставаться в этом городе не советую, — сказал он, обращаясь к Монике и Тине. — Постоянно жить под враждебными взглядами — удовольствие небольшое.
— Ты, как всегда, прав, — согласился с приятелем Джеймс. — Я их сам увезу. Сначала к моим старикам, а там посмотрим. Ты с хозяевами этого дома вопрос утрясёшь?
— Да тут и утрясать нечего, — грустно сказала Моника. — Хозяевам за два месяца вперёд уплачено по договору. Так что нас здесь ничто не держит. Неприятно только, что убегать приходится. Ну, да не в первый раз.
— А почему вам до этого убегать приходилось? — недоумённо спросил Джеймс.
— Потом, по дороге расскажу, — ответила Моника.
Сержант постучал в дверь. Моника открыла ему. Полицейская машина стояла на подъездной дорожке задом к гаражу. Вероника со слезами на глазах обняла всех по очереди, а Джеймса поцеловала в щёку и бросилась к двери. Кевин солидно пожал руки мужчинам и Монике, а Тина крепко обняла его и шепнула на ухо, что она их обоих найдёт и они ещё встретятся. Вероника с Кевином один за другим быстро юркнули в машину и сержант резко рванул с места на ручном управлении. Толпа демонстрантов растерялась от неожиданности. Примерно через минуту раздался нестройный ропот, отдельные визгливые возгласы, но полицейская машина, увозившая детей, уже скрылась из виду.