— Ой, это даже много! — испугалась Наташа. — Мне пять хватит.
Рысь с Репой заржали.
— Бери, бери, не стесняйся, — сунул ей пачку в руки Рысь. — Слёзы это, а не деньги. Надумаешь на меня работать, тогда начнёшь настоящие деньги зарабатывать. Только слишком уж долго-то не раздумывай. А то постареешь, цены тебе той уже не будет.
— Спасибо большое, — сказала Наташа и повернулась к двери.
— Куда? С такими деньжищами, одна, через весь город? — наигранно грозно посмотрел на неё Рысь. — Эй, Рыжик, доставь, пожалуйста, даму домой, — крикнул он, уже улыбаясь.
Подъехать к подъезду мешала толпа людей, окружившая две машины скорой помощи.
— Что там случилось? — удивился Рыжик, затормозив чёрный мерс метров за тридцать. — Посиди-ка пока в машине, я пойду узнаю в чём дело, — сказал он сидящей рядом девочке.
Протолкавшись к скорой, он спросил человека в белом халате, с силой захлопнувшего заднюю дверь: «Что случилось, док?»
Явно расстроенный чем-то медик повернулся к парню и, оценив его уверенный, пристальный взгляд и спортивную фигуру, решил, что поддаваться эмоциям не стоит.
— Три бабуськи газом траванулись. Соседи говорят, от безысходности, — объяснил он. — Ни сегодня-завтра их из квартиры грозились вышвырнуть. За неуплату. Шестой случай самоубийства за последний месяц. Но группового давно не было, года полтора уже.
— И куда их теперь повезёте? — поинтересовался парень.
— В двадцать пятого октября, в морг. Туда всех бомжей и безродных свозим.
— Ага. Спасибо за информацию, док. — Рыжик медленно поплёлся назад к машине, пытаясь сообразить, что он сейчас скажет своей маленькой пассажирке.
Бабушку похоронили за счёт государства, то есть бросили труп в яму на окраине Южного кладбища, без гроба, вместе с восемнадцатью другими безродниками, и засыпали яму экскаватором. Сверху воткнули бетонную колонку, одну на всех, на которой были написаны шесть фамилий, даже без инициалов, с припиской внизу: «и ещё четыре неизвестных женщины и девять неизвестных мужчин».
Наташа пролежала все двое суток в своей кровати лицом к стене, не реагируя даже на предложения матери встать-поесть. Встала она на третий день, но ещё целую неделю ходила по квартире как сомнамбула, почти не реагируя на окружающее. Однажды ночью она проснулась и услышала разговор шёпотом матери с её очередным кавалером. Из этого разговора Наташа поняла, что она не просто не нужна своей матери, но даже сильно мешает ей своим присутствием. Девочка в течении часа лежала неподвижно, переживая это открытие и слушая ритмичный скрип кровати в соседней комнате, в конце концов провалившись в глубокий сон. Проснулась она поздно, одна в пустой квартире, новым, уже совершенно взрослым человеком. Оставив на столе короткую записку: «У меня всё в порядке. Не ищи меня», она вышла из квартиры и захлопнула за собой дверь, щёлкнувшую французским замком, чтобы больше уже сюда никогда не возвращаться. Она внезапно остро осознала, что детство кончилось, и пришло время принять на себя ответственность за свою жизнь.
Марина открыла дверь и, наткнувшись на неожиданно серьёзный, взрослый взгляд подруги, молча впустила её. Пройдя в комнату, Наташа повернулась и, глядя Марине прямо в глаза, твёрдо сказала: «Я решила. Я остаюсь у тебя и буду с тобой работать.»
Всё так же ни слова не говоря в ответ, Марина протянула руку за мобильником.
— Рысь? Она пришла и согласна. Что хорошо? Что хорошо? В таком состоянии её никому показывать нельзя! Ты что, не знаешь, что у неё случилось? Я не знаю, сколько ей надо времени, чтобы прийти в себя.
Малолетняя проститутка орала в телефон на своего сутенёра. И ничего не произошло.
— Ждите, — спокойно сказал бандит. — Я сейчас вызову Алису, она ей займётся.
— Садись, — сказала Марина, складывая мобильник. — Сейчас приедет тётка, о которой я тебе рассказывала, ну, та, которая меня по магазинам водила и всё мне покупала, она приведёт тебя в порядок.
Алиса приехала минут через сорок и, задав Наташе несколько вопросов, поняла, что ребёнку необходима психологическая реабилитация. Она забрала девочку к себе домой и провела с ней почти три недели, не отходя от неё ни на шаг. Алиса не только знала всё о сексе, но и оказалась хорошим психологом. Она отвлекла внимание Наташи разными мелочами, показывала каталоги зарубежных фирм — поставщиков одежды, обуви, нижнего белья. Потом возила девочку по магазинам, предлагая ей выбирать то, что ей нравится и осталась вполне довольна Наташиным природным чутьём к эротике без вульгарности, что, в общем-то, было очень необычно для маленькой девочки, прожившей всю свою короткую жизнь в нищете. Наташа постепенно оттаивала, проявляя всё больше живого интереса к современной моде. По вечерам они вместе смотрели романтические фильмы про любовь, причём Алиса подбирала их в порядке усиления эротического контекста и наблюдая за реакцией девочки. К концу второй недели Наташа уже с удовольствием смотрела мягкое порно и просила ещё. В конце третьей недели Алиса спросила у девочки, не хочет ли она принять участие в сексуальных развлечениях вместе с её подружкой Мариной? Наташа с радостью согласилась.