— Да, съедобные, хоть вкус и пресноват, — подтвердила Эва.
Лёгкое сомнении прозвучало в её голосе. Пожалуй, слова Ивеца манили всерьёз, она соскучилась по красоте и целесообразности цивилизованного мира. Акиве ощутил приступ отчаяния. Опять он останется один и кого обманет словами? Психов ненормальных? Они уже перегрелись в горячих землях, невелика честь травмировать дальше их и без того разрушенный мозг. Так называемая аскеза оказалась всего лишь бегством от мира. Нерешительность положила на обе лопатки, а не сам лёг отдохнуть под землю. Возвышенно уклонился от проблем и оправдал себя с бодрой готовностью. Можно было и что получше взять от человеческого наследия. Стало стыдно, даже перед сумасшедшими поклонниками, разглядевшими в нём божество, стыдно до слёз, хоть вампирам плакать и не положено.
Ободренный колебаниями Эвы Ивец вдохновенно повернулся к ней.
— Что нам способна дать эта сожжённая бесплодная земля? Всё, что мы могли от неё взять, уже получили. Лимит исчерпан. Смешно сказать, сверхи-вампиры живут в грязных норах, жрут крыс и прочую мерзость, ходят без одежды как босяки. Днище! Теперь у нас появился шанс. Приспособиться к несложным правилам зелёных пришельцев куда достойнее, чем влачить жалкое существование военных недобитков. Мы неплохо устроимся в новом мире. Глядишь, и позеленеем со временем, попивая их кровушку. Врастём в чужой быт, как делали это всегда.
Слушая эту речь, Эва задумчиво улыбалась. Глядя на её прекрасное лицо, Акиве мучительно горел изнутри, словно рассвет пробрался туда и жёг потроха золотыми лучами. Размечтался! Да когда случалось, чтобы красивые девушки шли за такими неудачниками, как он, умеющими предложить возлюбленной только обнажённое сердце. Мир не перевернётся ради несчастливца. Мир любит таких, как Ивец, умеющих к нему приспособиться, а если надо, то и предать ради своей выгоды. Они из вампиров легко выходят в люди и из людей в вампиры. Они всегда устроятся, но ничего не создадут. Они выжили в катаклизме, хотя толку от них — ноль.
Развернуться и уйти, кинуться одному в безнадёжные попытки освобождения? Сдаться? А что он делал всегда? Чем лучше приспособленных? Он тоже предаёт свой мир, только другими средствами.
Акиве набрал в грудь неземной воздух чужого корабля. Будь голова ясной, он бы вновь убедил себя в неизбежности поражения, но стремительная заря за стенами межзвёздной махины перемешала жёсткими лучами варево его разума, и на поверхность выплыли новые мысли. Эва ведь шла за ним, пока не появился этот вампир, верила, надеялась. Почему он должен отступать? Потому что убедил себя в этом? Правильно, тогда он был умный, а теперь дурак, а дуракам плевать на логику, они вывозят на своих плечах надежду и любовь, и тяготение одного к другому взаимно.
— Так говоришь, эта земля ничего не может нам дать? Верно. А что мы ей дали? Какую принесли пользу, от какой уберегли беды? Пыжились, сосали кровь и смотрели сквозь пальцы на злобные игры людей, и даже когда началась война уехали на курорты, чтобы переждать скучную заварушку. Мы были никем и наказаны справедливо. Так нам и надо!
Эва посмотрела на него странно, словно жалела убогого или поверила в ту ложь, что плёл о нём Савва. Вот, значит, как, она не принимает его всерьёз? А он возьмёт и не сдастся. Пойдёт до конца.
— Эта Земля, наша Земля даёт нам второй шанс. Нельзя его упустить. Мы бессмертны, и нам выпало решать, что с ней будет дальше. Пусть я ничего не могу создать, но я не предам её вновь. Даже если буду всего лишь бродить по её просторам, как передвижной памятник несбывшимся надеждам.
Ивец сверкнул на него злым взглядом.
— Думаешь, ты самый умный? Решил, что планета принадлежит тебе? Богом себя возомнил, бессмертный позёр? Нет у тебя земли, не будет! Пока ты болтал языком, её у тебя уже отняли. Слишком поздно ты спохватился.
Эва нахмурилась.
— Что ты несешь? — сухо спросила она.
— Я говорю то, что есть! — ответил Ивец. — Куда, по-вашему, отправились Савва и его молодчики? Они пошли разбираться с новыми хозяевами планеты, да только ничего у них не выйдет, слишком поздно спохватились.
— Кто же эти хозяева? — уточнил Акиве.
Ивец рассмеялся.
— Крысы! — сказал он. — Полчища огромных крыс! Пока мы размышляли о своей вечности, думая, на что бы её потратить, они понемногу обрели разум, и скоро вампирам придётся забиться в опустевшие норы, потому что скрываться среди крыс они не смогут — не те фигуры.
— Вот почему ты сбежал, — пробормотал Акиве.
Взлохмаченные мысли трудно ворочались в голове, но тут и не требовалось особой ясности рассудка.
— Мы должны вернуться, — сказал Акиве. — Бойцы нужны там, а мы, три здоровых вампира, пропадаем здесь. Надо подумать, как организовать правильную диверсию.
— В первую очередь — спрятаться. Сюда идут.
Погружённый в думы о великом Акиве не сразу расслышал шаги, хорошо хоть Эва не теряла бдительность.
Они нашли каюту, необитаемую, судя по порядку и унылой пустоте, в ней укрылись. Эва сразу начала обшаривать шкафы в поисках нарядов, Ивец повязал вокруг бёдер какую-то тряпку.
Акиве вполне хватало той одежды, что уже была на нём. Он сел в хилое креслице и задумался. Эгоистичные вампиры не привыкли сбиваться в стаи, отскакивали друг от друга, как одноимённо заряженные частицы. Война ничего не исправила, они и ныть о старых временах предпочитали каждый сам по себе. Уговаривать — дело зряшное, поэтому он даже спрашивать не будет, пойдут с ним эти двое или нет. Довольно демократии, людей она сожгла в прах, нельзя повторять их ошибки. Беда подступает со всех сторон, и вместо «хочу» или «могу» в бой пойдёт твёрдое «надо». Осталось решить детали.
Чтобы попасть на Землю, придётся туда улететь. Этот большой корабль сесть не сможет, или заставить его сесть будет трудно, а вот спускаемые модули вполне годятся для задуманного. Судя по размерам матки, их здесь много, и придётся угнать один, чего бы это ни стоило зелёным.
Кто послужит расходным материалом, Акиве не сомневался.
Сам он не умеет управлять судёнышком, да и сажать его на планету — дело наверняка непростое. Значит, пригодится специалист. Захватить одного пришельца сравнительно просто, но вот как выбрать нужного? Они балакают по-своему, вампиры по-своему. Как понять без переводчика, что прихватил пилота, а не барышню, разносящую напитки? Телепатия может подвести, да толку от неё мало, пока сознание буксует.
Эва платьев не нашла, но соорудила себе из простыни или чего-то подобного весьма привлекательную тунику. Шорты она, правда, Ивецу всё равно не отдала, он хмуро пристраивал поудобнее доставшуюся ему наволочку.
Обзаведясь костюмом, Эва села напротив Акиве. Вероятно, с чуткостью, присущей вампирам, она угадала его затруднения и заговорила о деле.
— Мы должны пробраться на маленький корабль и там затаиться. Это единственное место, куда с большой долей вероятности придёт именно пилот.
Акиве поглядел на неё с нежностью. Красива, умна и характер чудесный. Как здорово, что они встретились. Его воспалённый разум не справился с задачей, потому что решить её он пытался грубыми мужскими средствами. Женщины смотрят на мир деликатнее. Иногда полезно быть хитрым. Сила приучает разбираться с проблемами просто, и мысли от неё выпрямляются. Или извилины?
Сидеть напротив Эвы и сохранять ясность рассудка Акиве не мог совершенно.
Он нежно пожал её тонкие пальцы.
— Спасибо!
Она улыбнулась в ответ.
— Ну и убирайтесь! — зло сказал Ивец. — Скатертью дорога! Я остаюсь!
— Ты пойдёшь с нами! — сказал Акиве, и прозвучало это так властно, что он сам удивился, а Ивец озадаченно умолк. — Решение принято и обсуждению не подлежит. Разработаем безопасный маршрут и вперёд. Нечего даром терять время.
Несмотря на то, что их метания по кораблю были случайными, хаоточными, в голове Акиве отложилось довольно много полезной информации. Он обнаружил, что примерно представляет внутренне устройство межзвёздного странника. В чем-то помогла память, где-то выручила логика. Эва подсказывала то, что он упустил из виду сам.