Сорвался пригретый солнцем ветер. Под носом шлюпки сразу же заплескалась волна, и Павло, тревожно озираясь, заметил:
— Ветер с моря! Нас несет обратно к берегу...
— Твою дивизию! — выругался усатый Фрол. — Что же нам делать?
— На весла! Всем на весла! — твердо бросил Павло, словно скомандовал.
И первый схватил огромную дубину, которая лежала на дне шлюпки, сел рядом с Прокопом Журбой. Слева от него, рядом с третьим гребцом, прихватив доску, устроился Фрол Каблуков, горячо взявшись за работу. Но вскоре бросил доску, дубинкой грести было сподручнее.
Они напрягали последние силы, пот градом катился с их почерневших лиц, а шлюпка, казалось, стояла на месте. Их опять стало нести к берегу. И тут они увидели в море одинокую веху, которая показывала кораблям фарватер. Погнали к ней шлюпку, с трудом борясь с бортовой волной.
— Эй, налегай! Ох, давай, браточки! — тяжело вздыхал Фрол Каблуков, умываясь горячим потом.
— Раз-два! Раз-два! — цедил сквозь зубы Прокоп Журба, зло поблескивая большими, полными горечи глазами.
Его нога была разбинтована и лежала на деревянном костыле, туго обтянутая резиновым чулком (чтобы не замочила вода). Рана, наверное, еще не совсем зажила. Павло должен осмотреть ногу, сделать свежую перевязку. Хорошо, хоть бинты с собой прихватил и вату. Перевязки с морской водой должны помочь. Метод давно проверенный...
Только третий гребец, капитан войск связи, молчал, кусая потрескавшиеся от солнца и ветра губы. Павло вглядывался в его бледное лицо, пытаясь узнать капитана. Где-то и его он уже встречал, но где именно и кто он такой — никак не мог припомнить. Павло хотел было спросить его об этом, но тут закричал Фрол:
— Эй, доктор, лови ее, проклятую!
Заброда кинул на дно шлюпки дубину, схватил обеими руками веху и словно прикипел к ней.
— Есть! Теперь она не убежит, — обрадованно сказал он. — Теперь отдохнем, ребята...
— Швартуйся, моряк! — бросил Прокопу Каблуков.
Тот сорвал с себя пояс с медной бляхой, привязал им шлюпку к вехе.
Павло еще раз внимательно взглянул на связиста и наконец вспомнил, что это Алексей Званцев, капитан из Ленинграда, который тянул кабель, когда Павло строил первые укрепления под Севастополем и познакомился с Варварой Горностай, матерью Оксаны.
— Вы? — спросил он.
— Я, — тихо и как-то виновато ответил Званцев.
— Алексей?
— Да, Алексей...
— Давно с ними?
— Нет, недавно. Ночью встретились.
— Что же будем дальше делать?
— Вперед! Только вперед, в море! — решительно сказал Прокоп Журба.
— А твоя нога? — спросил Заброда.
— Зажило как на собаке. По песку — ничего. А как на камни станешь, болит пятка. Вот он и в шлюпку не хотел меня брать из-за этого... — Прокоп показал глазами на Фрола Каблукова, который уперся локтями в колени, склонив на руки тяжелую голову.
— Странно, — заметил Павло.
Фрол Каблуков медленно поднял голову, утомленно сказал:
— А что тут странного? Вы должны меня благодарить, а не обижаться. Я первый нашел эту шлюпку и весла достал. И каски, и кастрюлю. Мне жаль тебя стало, как увидел твой костыль. И боязно немного. Какой из тебя пловец на костыле? Доходяга — и все тут. Будет мне морока в море. Но, говорю, жаль мне тебя стало, вот и принял в команду. Теперь уж знай себе помалкивай!
— Ого! — тихо хохотнул Прокоп.
— Вот тебе и «ого», — буркнул Фрол и опять склонил голову на руки.
— Что же будем делать? — еще раз спросил Заброда.
— Надо старшего выбрать, — сказал Прокоп Журба. — Как можно без старшего на шлюпке?
— Тут войны нет, — отозвался глухо Фрол, не поднимая головы, — отвоевались.
— Э, нет, папаша, — обернулся к нему Званцев. — Еще будут у нас бои. Ох будут...
— Я предлагаю, чтобы командование шлюпкой принял капитан Заброда, — вдруг предложил Прокоп.
— Согласен! Пусть будет капитан Заброда, — поддержал его Званцев.
Фрол поднял голову, внимательно посмотрел на всех воспаленными, усталыми глазами:
— Но имейте в виду, что у меня казенные деньги. Двенадцать тысяч. Зарплата на весь покойный батальон...
— Неужели? — деланно удивился Прокоп. — Разве до сих пор не сдали?
— Кому?
— Ну мало кому можно сдать? Сколько времени прошло, как вы прятались с деньгами в порту во время бомбежки. Помните?
— Да ну тебя к бесу! — огрызнулся Фрол. — Хоть ты не кори. Это деньги другие. Те я давно роздал. Тогда еще жив был мой батальон...
— Значит, согласны?
— С чем?
— Ну чтобы командование шлюпкой принял капитан медицинской службы Заброда.