Ну и стала парочка, помимо приёма гостей, охотиться на отдельные караваны и отошедших от них долбоклюев. Осторожно, аккуратно, потихоньку приближая девицу к «прекрасному облику», а Гришу — к «кровавому царю», по крайней мере такой термин был у него в башке.
Пока стройка не закончилась. Причём парочка искренне возмутилась — им оставалось сотни две, всего-то, «бурдюков с кровью» осушить. А из города мало, что почти прервался поток караванов, так ещё использовали освободившиеся фуры. Не останавливаясь у Гриши и лишая его пропитания.
Ну а редкие караваны по тракту — парочку не устраивали. Долго ждать, и всё такое.
Ну и результат — известен. Перебрались в город, Гриша контролил упырей, которые притаскивали захваченных одиночек. Потом — опять жадность и нетерпеливость, с фурой. Отогнали в логово на севере, употребляя на пару живые консервы. Потом фура в центре, жрать стали на месте, были фактически пойманы второй, поисковой, что и решило их судьбу.
А вообще — Гриша планировал «ночной налёт» на Горюново, чтоб всё и сразу. Ну и свалить из региона, совсем идиотом он не был.
— Да уж, — протянула Ленка. — Думаешь — кровавый дух?
— Думаю, Лен. И прохудившаяся крыша. Собственно, — хмыкнул я, — я его прекрасно понимаю. В плане дегуманизации, — на что Ленка кивнула. — Но он… скажем так, не дегуманизировал врагов. А просто ощущал себя высшим хищником, а остальных… ну понятно.
— А она много убила?
— Ну вообще — хватило бы атаки на тебя. Много, Лен. И так же не воспринимала людей за людей. Была она, Гриша, а всё вокруг — обрамление. В общем — понимаешь.
— Понимаю, — понимающе мотнула ушами Ленка. — Всё равно — грустная история.
— Чего уж веселого, — надулся я. — Лен, мы ОПЯТЬ выполнили заказ без оговоренной платы!
— Кхм… хихихи, — развеселилась Зелёнка и аж откинувшись в кресле и болтая ногами. — Ладно, думаю мы внакладе не останемся, Кащей. Семь тысяч…
— Лен. Равновесность. Семь тысяч — за посмотреть. И это мы отработали. А вот с остальным… Не знаю, посмотрим как будет. Если откажутся платить — чёрт с ними. Сколько там у пухлого огра от души осталось? Половина? — ехидно осведомился я.
— Злодей, — уважительно покивала Зелёнка.
В общем, сбегал я за байком, глянули на сныканные фуры и остатки пожрать упырей. И поехали к Горюново.
Видно, про байк швейцары горюновские знали, так что подъехали мы к «Неге» сквозь заблаговременно распахнутые ворота.
Хоббит на входе прилагался, а вот в комнатке был ещё один человек, помимо четвёрки. Собственно, и нанявший нас Серёга.
От лицезрения наших с Зелёнкой физиономий восторга господа Совет Горюново не проявили. Правда, интерес был.
— Здрасти, — помахал я лапой, опять вытаскивая от столика неподалёку от кабинета пару стульев. — Узнал, — широко улыбнулся я, плюхаясь в кресло.
— Ну так говорите! — буркнул Серёга.
— Ну так расскажу, — посулил я. — И даже покажу. Лен, — на что Зелёнка проявила карту-голограмму мёртвого города. — Итак, опасность для добытчиков, — выдержал я театральную паузу. — Везде, — развёл я лапами.
И голограмму залил красный тревожный цвет. А пятёрка, видимо, вдохновилась картинкой и начала приобретать соответствующий цвет.
— Издеваешься?! — просипел пухлый огр, аж почерневший.
— Наполшишечки, — отмахнулся я. — Атаки на фуры — дело рук двух высших упырей. Высшие упыри контролируют упырей обычных, на радиацию плюют. Такая парочка и на Горюново, с поддержкой законтроленой нежити, может напасть, — честно рассказывал я.
— Нечисть? — уточнил эльф.
— Металюди.
— Плохо. Справитесь с ними? Нужна поддержка? — вполне по-деловому, хотя с совершенно засранским лицом выдал он.
— С парой справимся, вполне, — ответил я. — Вопрос вознаграждения.
— Так тебе…
— Не бухти, — бросил я толстому. — Мне платили за разведку и выявление опасности. Могу показать логово и место пребывания фур, — щедро предложил я, на что на карте подсветились соответствующие области.
В принципе, если местные деляги заплатят кому-то из магов — это равновесно. И меня устраивает. Нам и семь тысяч не нужны, по уму, но… надо.
— Сколько вы хотите? — спросил Сергей.
— За уничтожение двух высших упырей? — уточнил я.
— Естественно! Хватит, Кащей! Мы занятые люди!
— Угу-угу, третья перемена блюд не понадкусана, — отметил я. — Три тысячи. Потому что я уже тут, не надо ездить и отвлекаться от своих дел. Три тысячи — и головы убивших экипажи фур упырей у вас на столе, — пафосно провозгласил я.