Палата же выглядела… Ну очень киберпанковски. Точнее — магопанковски, по теперешним временам. Пять гнумов, выгнутых дугой. Придерживались стойками, с катетерами-трубками, изрисованные рунами.
Я даже по одному постучал — почти камень. Но «почти» — именно жуткий спазм мышц.
— Это все? — уточнил я, пока Ленка клацала по своим кнопочкам с деловым видом.
— Выжившие и не очнувшиеся — да, — нахмурилась гнума. — И вскрывать — не дам!
— Да и не собирался, — честно ответил я. — А вообще — сколько жертв было? Не только у вас на излечении?
— Тридцать гномов, вроде бы.
Орать-уточнять «всего?» я не стал. Но зелёнку пальцем в плечо потыкал, внимание обращая, на что Ленка, не отрываясь от хакерства, ушами согласно помахала. В плане — не хватит метазверям жратвы. Ну вот никак.
— Это концептуальное воздействие-заклинание. Приказ, конструкт локализован в мозгу, — выдала вердикт Ленка через пару минут.
— Не очень разбираюсь, — пожала плечами Иванна. — Вы в медицинских терминах, или рунического оперирования объяснить можете?
— Ваших — точно нет. А так… вкратце мозг получил приказ «замри». И выполняет его, пока эфир в заклинании не закончется.
— А судорога — это… — задумалась гнума.
— Интерпретация приказа мозгом, — важно выдала зелёнка.
— Снять заклинание сможете? — уточнила гнума.
— Не возьмусь. И не рекомендую — воздействие концептуально, не адаптировано под людей или гномов… проще и безопаснее как вы, — потыкала она в пятёрку гнутых, — дождаться прекращения действия заклинания.
— Понятно, спасибо, а то стучак знает, от чего лечить было, — слегка кивнула гнума.
— Не за что, — ответила Ленка.
— Мы пойдём, — озвучил я.
Вывела нас Иванна из госпиталя — тоже, в общем-то, пустого. Да и здоровье у металюдей редко требовало лечения, прямо скажем. Или мёртвый, или живой.
А мы с Ленкой попереглядывались многозначительно и в один голос озвучили:
— Нечисть.
— Но нежить тоже может быть, — уточнила зелёнка.
— Вряд ли, Лен. Я воздействие нежити бы почувствовал.
— И через месяц?
— Думаю, и через год. Ну, вблизи, и если пациент не отбивается, — честно уточнил я, на что зелёнка кивнула.
— Долго вас ждать?! — заговнился говнистый и мелкий гнум.
— К шахте антрацитовой веди, — барственно распорядился я.
— Внутрь — не пойду!
— Неприятность эту мы переживём! — почти пропел я.
И потопали мы вслед за злобно сопящим гнумом. Город — всё так же пуст, освещён яркими фонарями. Чёрт знает, может, на меня действовало рунное колдунство — ну неприятно было, зудело во мне что-то на гномские каракули, отпугивающие нечисть. Но в ощущениях, не небывальских, а человеческих, город выходил более мёртвым, чем Мёртвый. Не в плане смерти, а в плане пустоты. В Мёртвом городе один хрен останешся — там внимание, злобное, голодное, но постоянно с тобой. А тут… ну неприятная пустота, прямо скажем.
Впрочем, долго предаваться всякой экзистенциальщине или типа того мне не пришлось. Проводник отвёл нас фактически назад, свернул и вывел… ну к башне. Крепостной — цилиндр с бойницами. Только орудия не выглядывали из них. А наводились внутрь, стоя на окружающих башню крепях.
И гнумов было под сотню — с магострелами, с ящиками чего-то взрывающегося, рунных рисовальщиков. Ну, в общем — сторожили знатно, факт.
— Шахта, — тыкнул проводник в башню.
Подошёл к группе гнумов у пушки, потыкал в нас пальцем, обозвал словами нехорошими, представляя, гавнюк мелкий. И вообще свалил. Впрочем — туда и дорога.
— Маги? — хмуро поинтересовался подтопавший к нам гнум, с сединой такой, видно — в возрасте, хотя странно.
Металюди… ну в общем выходило так, что металюди жили по прикидкам лет триста, в среднем. И большинство металюдизированных сохраняли свой возраст. Ну шестьдесят для гнома — лет двадцать для человека, примерно так.
Младенцами не становились — видно, защитный механизм какой. Но старых металюдей я не видел вообще, хоть он из замшелой старпёристой развалины металюдствовал.
Хотя местные могли быть настолько гавнюками, что отдельные представители эту закономерность ломали. Даже небывальщина соглашалась, что они старпёры, скажем так.
— Нам в шахту надо, — не стал я теоретическому старпёру отчитываться.
— Ходят всякие, — сплюнул он на пол, подтвердив мои выводы. — Ворота откроем на тридцать секунд. Обратно — стучите! Стук…