Спустя неделю в 3-й истребительной появилось ещё два лётчика, представители сравнительно малочисленной категории пилотов американской морской авиации, принадлежащей не к офицерскому, а к старшинскому и мичманскому составу, так называемых NAP ( Naval Aviation Pilot ), мичманы Дойл Барнс и Том Чик, уже успевшие получить боевой опыт на авианосце «Энтерпрайз» в ходе недавнего рейда Дулиттла.
А четыре пилота – это уже целых два звена. Теперь командир 3-й истребительной получил возможность учить подчинённых не только пилотажу, «укороченным» посадкам и своей любимой стрельбе с упреждением «по конусу», но и отрабатывать тактические приёмы, включая придуманную им «траверзную оборонительную позицию». Для этого, правда, пришлось привлекать «спарринг-партнёров», пару армейских «Кёртис» P-36 «Хок» с авиабазы Уиллер. С их начальством Тач «расплачивался», одалживая армейцам флотский самолёт с конусом для отработки стрельбы с упреждением.
Командир 3-й истребительной эскадрильи со своими новыми пилотами и двумя временно прикомандированными пилотами пикировщиков SBD «Донтлесс». Начало мая 1942 года.
В дополнение к подготовке личного состава, Джона Тача, как самого опытного пилота-истребителя из имевшихся тогда в Пёрл-Харборе (а также бывшего лётчика-испытателя), загрузили ещё одной важной задачей. Ещё 26 апреля командующий авианосными силами Тихоокеанского флота вице-адмирал Фредерик У. Хэлси, убедившийся в том, насколько просела дальность полёта новой модели «Уайлдкэта», отправил командованию ВМС и Управлению аэронавтики письмо о необходимости ускорения разработки подвесного бака для этой машины. Поскольку на оперативность родной промышленности особой надежды не было, в Пёрл-Харборе решили разобраться с проблемой собственными силами.
Менее чем за десять дней специалисты из авиаремонтной мастерской авиабазы разработали и изготовили опытные образцы 44-галонного (166,5 л) «конформного» подвесного бака. С 9 по 20 мая капитан 3-го ранга Тач провёл серию испытаний нового оборудования, включавшую взлёты и посадки с баком, переключение в полёте с подвесного бака на встроенные и обратно. Конструкция была им оценена как удовлетворительная и требующая срочного запуска в производство.
20 мая эскадрилья получила, наконец, давно обещанное пополнение в виде ещё семи молодых лейтенантов из того же выпуска, что и Роберт Дибб. Несмотря на то, что ещё с начала 1941 года курс подготовки был сокращён с двенадцати до семи месяцев (из которых собственно учёба составляла шесть), молодые пилоты морской авиации того периода к моменту завершения базового курса и получения звания имели порядка 200 часов налёта, а отобранные в палубную авиацию проходили ещё и дополнительный курс «продвинутой авианосной подготовки» ( Advanced Carrier Training ), включающий в себя ещё 75-100 часов учебного налёта.
По отечественным меркам того периода, цифры ну очень внушительные, однако по стандартам Джона Тача требовалось ещё не менее 80 учебных лётных часов в составе подразделения для того, чтобы научить их пилотированию незнакомых самолётов «первой линии» (а не устаревших бипланов, на которых они учились) и посадкам на авианосец, подтянуть стрелковую подготовку, а также обучить азам командной тактики.
Устаревшие «Грумман» F2F и F3F, на которых будущие пилоты-истребители палубной авиации летали в ходе «продвинутой авианосной подготовки» в 1942 году.
Для начала командир 3-й истребительной сосредоточился на ознакомлении молодых пилотов с новой моделью «Уайлдкэта» и обучении их стрельбе с упреждением, которую он считал самым важным элементом подготовки. До прибытия заканчивающей ремонт и модернизацию «Саратоги» оставалось совсем немного времени (оно ожидалось в середине июня), поэтому Джон Тач очень рассчитывал, что вскоре ему вернут «одолженных» на «Лексингтон» опытных пилотов его первого состава, совместно с которыми можно будет привести молодое пополнение в более или менее боеспособное состояние, восстановив таким образом 3-ю истребительную, как боевую единицу. Но люди предполагают, а война располагает.
4-8 мая 1942 года в расположенном между Австралией и Новой Гвинеей Коралловом море произошло первое в военно-морской истории сражение авианосцев. Впоследствии это сражение будет справедливо расценено как стратегическая победа американских сил, но на момент его окончания оценки были далеко не так однозначны. С одной стороны, главная задача – срыв захвата японцами столицы австралийской Новой Гвинеи, Порт-Морсби – была выполнена, и это был первый успех подобного рода с начала войны, однако достигнуто это было ценой потерь, серьёзно превышающих потери противника.