Очередной «Зеро» тоже проигнорировал или не заметил американские истребители и начал заходить в атаку на замыкающее звено торпедоносцев. На этот раз мичман Чик даже успел сесть ему на хвост и поймать в прицел, однако стрелки-радисты «Девастейторов» тоже не сидели без дела – трассы сразу нескольких спаренных «Браунингов» сошлись на японском истребителе, машина загорелась и потеряла управление до того, как Том Чик успел нажать на гашетку, и теперь уже паре «Уайлдкэтов» пришлось активно маневрировать, дабы избежать «дружественного огня».
Командир 3-й торпедоносной эскадрильи, капитан 3-го ранга Лэнс Э. Мэсси в кокпите своего TBD-1 «Девастейтор». Фото 24 мая 1942 года, за десять дней до гибели.
Таким образом, первые минуты боя закончились со счётом 2:0 в пользу американских лётчиков, однако до их цели – ближайшего авианосца – оставалось ещё с десяток миль, то есть ещё не менее пяти минут полёта. Чтобы как-то сократить это время, командир 3-й торпедоносной эскадрильи капитан 3-го ранга Лэнс Мэсси принял решение хоть немного разогнать перегруженные машины единственным доступным в данной ситуации способом – за счёт пологого пикирования к самой воде. Кроме выигрыша в несколько узлов скорости это позволяло также исключить атаки японских истребителей с незащищённой нижней полусферы, но, с другой стороны, эскадрилья ещё больше отрывалась от своего непосредственного прикрытия.
А у этого прикрытия тем временем возникли свои проблемы – их наконец-то заметили, о чём недвусмысленно свидетельствовали трассы очередей, просвистевшие у правого крыла «Уайлдкэта» командира звена мичмана Чика. Причём огонь вёлся сзади, то есть с направления, которое, по идее, должен был прикрывать его ведомый. Этот ведомый, лейтенант Дэн Шиди, был одним из тех семи свежих выпускников лётной школы, что прибыли в распоряжение Джона Тача две недели назад, 20 мая, и над чьей лётной, стрелковой и тактической подготовкой тот успел активно поработать.
Таким образом, молодой пилот имел представление о придуманном командиром эскадрильи манёвре и даже отрабатывал его, поэтому всё это время он ожидал команды на расхождение. Однако «траверзная оборонительная позиция» Тача была расчитана прежде всего на сковывание боем истребителей противника, а не на активную оборону эскортируемых бомбардировщиков, так что молодому лейтенанту оставалось лишь стараться удержаться за стремительно маневрировавшим и стрелявшим во все стороны командиром звена.
«Зеро» возник непонятно откуда, скорей всего – снизу-сзади, но вместо того, чтобы атаковать замыкающий американский истребитель, он зачем-то вклинился между двумя «Уайлдкэтами» и с ходу начал поливать головную машину с тактическим номером «F-16». Лейтенант Шиди немедленно пристроился ему в хвост, поймал в прицел и тоже открыл огонь, но увидел, что в прицеле в том числе болтается и истребитель командира.
Несколько приукрашенный полный залп A6M2 «Зеро».
Так что часть пуль, пролетавших в опасной близости от фонаря головной машины – « я чуть ли не чувствовал жар от этих трассеров », как вспоминал потом Чик, – являлась тем самым «дружественным огнём». Шиди отпустил гашетку и крикнул в ларингофон: « Уйди в сторону! », но мичман Том Чик вряд ли нуждался в его командах – заложив крутой вираж, он нырнул в кстати подвернувшееся облако. Вынужденный отвернуть из-за огня сзади японский истребитель ушёл в то же облако, а Шиди ничего не оставалось, как отправиться следом за ними, и тут по кокпиту уже его самолёта застучали пули.
Незамеченный «Зеро» атаковал с правого фланга, пули его 7,7-мм пулемётов разнесли большую часть приборной доски и ранили американского пилота в правые плечо и колено. Лейтенанта спасло лишь то, что он сидел, подавшись вперёд к прицелу, и пуля, что могла поставить точку в его карьере, лишь распорола его лётную куртку поперёк спины. Стук пуль прекратился и тряхнуло уже основательней, в правой плоскости образовались дыры уже серьёзных размеров, а над головой пронеслись большие оранжевые трассеры – японец пустил в ход 20-мм пушки.