Подлетев к «Йорктауну» мичман увидел над ним массу нарезающих круги самолётов: семнадцать «Донтлессов» 3-й бомбардировочной – капитан 3-го ранга Максвелл Лесли привёл назад свою эскадрилью без единой потери – ещё два приблудившхся пикировщика с «Энтерпрайза», шесть готовящихся к посадке «Уайлдкэтов» воздушного охранения, а самое главное – три истребителя с номерами «F-23», «F-20» и «F-6». Это был капитан 3-го ранга Джон Тач сотоварищи, к которым Чик радостно пристроился на свободное место ведомого второго звена.
В ожидании разрешения на посадку самолёты кружили над авианосцем, и во время одного из проходов мичману показалось, что сигнальный прожектор поста управления авиацией направлен на них и что-то передаёт. Переполняемый эмоциями, Том Чик достал свою «лампу Олдиса», ручную версию сигнального прожектора, и несколько раз передал морзянкой на корабль: « Три АВ горят ».
Наконец, пришла их очередь на посадку, Чик привычно провёл «три выпуска» – « Wheels down, flaps down, hook down » – однако если с шасси и закрылками всё прошло нормально, то последний элемент повёл себя не совсем штатно: после того, как пилот привычным движением локтя расфиксировал рычаг тяги выпуска посадочного гака, тот не пошёл вперёд под весом гака, как это обычно бывало, а остался на месте. Чику пришлось не без усилия самому двинуть этот рычаг вперёд и зафиксировать его в положении «гак выпущен».
Левая консоль F4F «Уайлдкэт», красным в правом верхнем углу обведён рычаг выпуска посадочного гака.
На всякий случай он жестами привлёк внимание летевшего рядом старшего лейтенант Макомбера. Тот глянул на его самолёт и показал большой палец в знак того, что с посадочной конфигурацией всё нормально, всё что надо – выпущено. Посадочный сигнальщик также не махал своими «ракетками» у палубы в знак того, что гак не вышел, и успокоенный Том Чик пошёл на посадку.
Самолёт пролетел мимо посадочного сигнальщика, получив от него сигнал «ракеткой по горлу» – « cut throttle ». Пилот убрал газ, колёса коснулись палубы, и в этот момент он понял, что «что-то пошло не так» – не было ни привычного рывка троса аэрофинишёра, ни даже просто стука от ударов посадочного гака о палубу. Скорей всего, несколько попаданий в хвостовую часть «Уайлдкэта» не прошли даром, гак хоть и вышел, но не повис свободно на шарнире, а заклинил под углом, не доставая до палубы и тросов. Самолёт же продолжал катиться в направлении аварийного барьера.
Том Чик ещё ни разу не садился «в барьер», однако ещё до того, как стать пилотом, видел достаточно скапотировавших на барьере самолётов, включая случаи с серьёзными травмами и даже фатальным для пилота исходом. Повторять это не хотелось, но ещё меньше хотелось стать причиной инцидента вроде того, что несколько дней назад привёл к гибели заместителя командира эскадрильи капитана 3-го ранга Дональда Лавлейса в результате перелёта самолёта через аварийный барьер. Поэтому Чик максимально отжал ручку управления от себя и постарался « сделаться шариком » – как можно сильней пригнулся к коленям, чтобы голова оказалась ниже борта кокпита. «Уайлдкэт» с номером «F-16» налетел винтом на тросы аварийного барьера, клюнул носом и перевернулся через него колёсами кверху.
Редкий случай – момент аварийной посадки мичмана Чика мы можем увидеть на этих архивных кинокадрах. На первом кадре хорошо видно пригнувшегося в кокпите пилота.
Повисший на поясном привязном ремне пилот разогнул спину и упёрся макушкой в палубу. В этом месте он оценил советы старших товарищей, порекомендовавших ему не использовать плечевые привязные ремни, в случае которых он был бы уже мёртвой тушкой со сломанным шейным отделом позвоночника (до конца своей лётной карьеры Том Чик плечевые ремни игнорировал). Но была ещё одна проблема – если чего молодой пилот и боялся больше, чем сломать что-нибудь при посадке «в барьер», так это сгореть заживо. Особенно с учётом того, что сейчас главный бак его истребителя находился прямо над ним.
Он судорожно кинулся отключать электропитание всех систем, но не находил тумблеров – из-за потери пространственной ориентации он пытался нащупать их с другой стороны кокпита. Чик повернул голову посмотреть где же эти чёртовы тумблеры и уткнулся взглядом в чей-то нос, оказавшийся у него прямо перед глазами. Тут нервы пилота уже не выдержали, и он заорал: « Уберите, на хрен, это отсюда! » Наглый нос из поля зрения исчез, а снаружи раздалось громкое: « Он в порядке! »