Схема ведения зенитного и заградительного огня тяжёлым крейсером «Портланд» в ходе отражения атаки японских торпедоносцев. 4 июня 1942 года.
Единственным, кто их в тот момент преследовал, был «дважды спасённый» мичман Барнс. Он так и не успел набрать высоту, так что сделал несколько заходов, находясь практически на том же уровне, что и «Кейты». Теоретически, он мог бы спасти ситуацию, как сделал это старший лейтенант О’Хэйр в случае с «Лексингтоном», но ему явно не хватало ни времени, ни подготовки. Максимум, он добился попаданий по нескольким торпедоносцам – как до, так и после сброса торпед – хотя сам был уверен, что сбил два. Возможно, он принял за падение самолётов всплески тех самых восьмидюймовых снарядов.
Между тем с «Йорктауна» взлетели и оставшиеся три истребителя. Но они просто не успевали набрать не только высоту, но и скорость, достаточную для сколь-нибудь эффективного боя. Всё, что они могли – это зажать гашетку и практически «навскидку» беспорядочно поливать из всех стволов пролетающие мимо них на полной скорости широко разошедшиеся для атаки «Кейты», не имея возможности сделать нормальный заход на цель. Более того, они ещё и пополнили список потерь.
Взлетевший шестым «Уайлдкэт» лейтенанта Милтона Тутла вскоре нарвался на «дружественный огонь» эсминцев и получил попадания из «Эрликона». Несмотря на горящий двигатель пилот смог набрать достаточную высоту, чтобы выпрыгнуть с парашютом. Причём «жестянки» продолжали вести по нему огонь, даже когда он, выровняв машину, уже выбирался из кокпита на крыло. Впрочем, подобрал его тоже эсминец.
Пять торпедоносцев второго тютая прорываются к «Йорктауну». 4 июня 1942 года.
Восьмому и последнему, покинувшему «Йорктаун» пилоту, лейтенанту Джорджу Хопперу повезло меньше. Его «Уайлдкэт» взлетел практически в момент сброса японцами торпед, так что, когда он отворачивал влево после взлёта, «Кейты» уже проносились у него за спиной, а сам Хоппер нарвался на «Зеро». Не успевший набрать скорость истребитель был отличной мишенью, и японский пилот расстрелял его как в тире. Потерявший управление самолёт сразу же рухнул в воду – скорей всего с уже мёртвым лётчиком в кокпите.
Между тем все пять «Накадзима» B5N2 второго тютая , игнорируя как зенитный огонь, так и разрозненные «недоатаки» истребителей, снизились до 30 метров, и примерно в 600 метрах от цели их пилоты нажали кнопки сброса торпед. Но на одном из них, на «сиротке» с «Акаги» под командованием мичмана Сусуму Нисимори, не сработала ни штатная система сброса, ни рычаг аварийного механического. Возможно, это было вызвано боевыми повреждениями самогó держащего торпеду замкá, раз не сработали оба его привода. В любом случае, к «Йорктауну» устремились «всего лишь» четыре авиаторпеды обр. 91 мод. 2, снабжённые уникальной системой «контроля вращения», значительно повышавшей их точность.
Торпеды шли со скоростью 42 узла [78 км/ч], а скорость сбросивших их самолётов была в разы больше. Так что они уже успели облететь атакованный корабль когда глядевший назад командир второго тютая капитан-лейтенант Тосио Хасимото увидел сначала один, а затем и другой огромный столб воды, поднявшиеся над «Йорктауном» – их было хорошо видно даже с другого борта корабля, где сейчас находились торпедоносцы. Командиру одного из «Кейтов» померещился ещё и третий, но в любом случае боевая задача была выполнена – уже второй, как они считали, авианосец противника выведен из строя. О чём Хасимото сразу же доложил: «Провёл торпедную атаку против авианосца противника. Уверенно наблюдал два попадания. 1145» . Теперь нужно было суметь унести ноги.
Торпедное попадание в «Йорктаун». 4 июня 1942 года.