— Ох…нная игра! — помянул он героев, в ответ на вопрос.
Но его умертвия исправно трудились на тяжёлых работах, нечисть в округе ходила по струнке. Да и помогал он, когда просили. Тем, кто был готов пуститься в плаванье по бурному океану матерных загибов, конечно.
Но злобен, ехиден, троллист. Чудо, а не человек. Если бы ещё матерился меньше… но идеальных людей не бывает, только Кащеи.
В общем, мотался я по округе, прививал людям и нечисти правильные музыкальные предпочтения, ну и потихоньку творил себе “дополненную реальность” на небывальщине. Правда, сделав прицел, радар (последний — хрен знает зачем) бинокль и спидометр, всё “в глазах” — забил. И так отвлекало временами, так что оставил я только прицел, привязанный к рогатке, и бинокль.
А как всякие там герои и прочие типы с экранами перед рожами что-то делали — не понял. Мне пару раз встреч с деревьями хватило, чтоб от мелькотни этой избавится.
И перед Лешим извиняться пришлось, да.
И вот, возвращаюсь я как-то в Зеленюки, с довольно сплиновом настроении. Ну как-то… бытовуха. Не в том дело, что мне кого-то там поубивать и умучить хотелось со страшной силой. Свою злобность я тешил тем, что всяким окружающим мозг клевал, они потерпят, а мне хорошо.
А в том, что вокруг — сказка, а ничего нового, интересного. И в мозги клевать как-то уже не то. Даже мысли появлялись, в Меллорн переселиться, то ли исследователем каким стать. Или тумаками и тросами привести меллорнских к толерантности и кащеепочитанию.
Но… не очень интересно это. А что делать — чёрт знает. Даже колдунствовать пытался “с той стороны” и даже не помер… Но не то. В себе — сколько угодно. А всякие “идеи” воплощать вне себя — реально пупок развязывался.
В общем — сплиново как-то. И вообще.
И вот, еду я, весь из себя сплиновый, и тут сквозь инструменталку протяжную пробивается крик:
— Каще-е-е-ей!
Ну, огляделся, притормозил. И пылит, понимаешь, за мной, межовник — занятная, но не слишком опасная, а при правильном обращении — полезная нечисть. Подчинённый Полевого или Лугового, по-разному.
Бежит, ушами машет, язык на плече. Но добежал.
— Ох, загонял ты меня, Бессмертный, — отдышался он.
— Я тебя ещё не гонял, — резонно отметил я. — Но могу. Надо?
— Не надо!!! — с чего-то перепугался нечистик. — Кащей, Матушка-Берегиня передать наказала, что тебя видеть желает!
— Мдя? — на что нечистик закивал. — Ладно, заеду в Арискино. Там, если пожелает, сможет и увидеть.
На этом нечистик в небывальщину сиганул. А я уже без сплинов всяких, а с искренним интересом поддал газку. Так-то я в Арискино регулярно появлялся, но вот недели две “объезжал дозором” округу. Интересно, да.
31. Бессмертная богодельня
Добрался я до Арискино, где наконец-то превозмог злобное колдовство Бергегини, скрывающее то, что росло на полях. Или своё разолбайство — тоже возможный вариант. Но всё равно превозмог.
Росла на поле пшеница и картоха, вперемежку. Не иначе как усилиями застроенных нечистиков. Или так можно было в принципе, чёрт знает. В аграрстве я не особо разбирался, да и пофиг было бы, если честно. Если бы не многодневная “амнезия” на тему “что за хрень растёт у Ариски”.
Так что к встречающей меня у ворот девчонке в белом сарафане я подъехал не только с интересом, но и довольный ачивкой “травовед-наблюдатель”.
— Привет, Кащей. Чего приехал? — традиционно поприветствовала меня девчонка.
Вот только в теперешней ситуации… Ну реально, фигня какая! Я, будь бы не я, даже обиделся бы! Позвала — и зачем припёрся, блин!
Но я был я, так что оскалился радостно:
— Я, Матушка-Берегиня, жалобу к вам имею, не велите казнить, велите слово молвить!
— Ты это чего? — подозрительно прищурилась на меня Ариска.
— Еду я себе еду. А на меня межовик накидывается. Чуть не прибил, сволочь мелкая. И говорит, что так мол и так, Матушка-Берегиня меня к себе требует немедля. Аварийные ситуации на дороге создаёт, вроде не по той стороне бежал. И врал, что меня тебе надо.
Выдав эту тираду, я сам задумался — ну а что если я какой-нибудь берегине посторонней, незнакомой понадобился? Быть им никто не запрещает, так что и такое может быть. Но межовик всё равно придурок, если так — мог и сказать конкретно, а про Арискино я чётко говорил.
Ариска же на мои речи нахмурилась, задумалась.
— Совсем от рук отбились, паразиты мелкие, — нахмурилась она и упёрла руки в боки, что с обликом мелкой соплюшки выглядело забавно. — Но вообще — хотела я с тобой поговорить, Кащей.
— Ни хрена не понял, но очень интересно, — озадачился я. — Ты за мной межовика посылала, или “совсем от рук отбились”?