— АЗ ЕСМЬ АНГЕЛ ЕГО И ПРОВОДНИК К НЕМУ! — продолжала хоровую распевку фигня.
Я бы сказал, что не по-русски, и был бы прав. Но и по-русски: хор, изрыкаемый нечистиком, был из сотен и тысяч голосов. Похоже — разными языками. И русский в этом хоре доминировал, хотя и не был основным.
Но это мелочи всё! Самое главное в том, что… Не знаю как сказать… Не я, а тросы которые я… И не целиком, а частью… В общем, чувствовали с этой нечистью РОДСТВО! И, при её появлении я понял — я просто ИГНОРИРУЮ часть небывальщины, разлитой вокруг! Её реально дохера, но большая часть её — мне комфортна. И только малая часть вызывает дискомфорт. А остальная — родственна, нормальна… Бред какой-то, но иных источников информации, кроме своих ощущения я не имел.
— ВОЗРАДУЙТЕСЬ, РАБЫ ЕГО! — продолжал нечистик. — ВЗОР ЕГО СМОТРИТ НА ВАС И ОН — ДОВОЛЕН. О ЧЕМ МОЛИТЕ, РАБЫ?
— О милости Его! — заголосил поп, отвешивая нечистику земные поклоны.
Кстати, большая часть окружающих попадала на колени, лупцуя ни в чём не повинную землю лбами. Не все, правда.
— Завелась в пастве Его паршивая овца, — продолжал голосить священнослужитель.
А я напрягся — сейчас меня сдадут, и вот хрен знает, что делать. Как-то у меня сомнения есть в эффективности рогатки против ентого гуся. А на кулачках как-то боязно.
Но “сдавать” меня поп не стал. А стал махать рукой какой-то группе. И, из толпы мужиков, вытолкнули связанную… эльфу. Не понял, нихрена не понял я, но предчувствия были нехорошие, и я подобрался. Но сделать нихрена не успел…
— Грешница сия…
— ГРЕШНИЦА! — прогрохотал нечистик. — ПРЕПРАВЛЮ НА СУД ЕГО! — и лапу свою протянул.
Шибануло вспышкой небывальщины… и на землю просто осыпался невесомый прах, бывший эльфийкой. А к нечистику потянулась… энергия, душа? Черт знает что, у девчонки явно изъятое.
Ну всё, сейчас я этого гуся… ну не то, чтобы взбесился, но взбесился я. Он их, скотина ЖРЁТ, похоже! Защищает, но натурально жрёт, скотина такая!
А изменение — “грех”. И то, что я тут шарюсь, как дома — следствие моего совершенно человеческого внешнего вида. Магов среди местных нет и, похоже, быть не может.
Но зверел я, очевидно, с колебаниями небывальщины. Ну и, кстати, подтвердилась теория, что нечистики силой сильны, а вот чувствительность у них неважная.
Впрочем, моё озверение паразит светящийся даже неважной чувствительностью учуял. Даже не дёрнулся — перетёк в мою сторону, наставил на меня светящуюся пирамиду морды, вытянул в мою сторону противную лапу и проревел:
— СЛУГА ОТСТУПНИКА! ПРЕДАТЕЛЬ!
Фантазии какие-то бредовые, мимоходом отметил я, судорожно решая, а что делать-то? Драпать? Так, блин, догонит, весьма вероятно. А главное — и я хочу эту мерзкую сволочь прибить. И тросы, которые я, в бой рвутся!
Вот только сволочь к своему мечу тянется, который огненный. А вокруг пейзане, коленопреклоненные!
Поубивает же идиотов. Или…
Впрочем, тело решило вопрос этичности и моральности подставления пейзан под огненный меч за меня.
А разум, смотря за улетающими вниз объятыми пламенем с меча ногами — впал в челодлань, с ощущаемым стоном: “ой, деби-и-и-ил…”
Просто я рванул в прыжке к нечистику. А тот радостно и размашисто полоснул по прыгучей цели. Самое поганое, что это было БОЛЬНО. Слабый отголосок Боли, но который уже не проигнорируешь.
Впрочем, этот отголосок вывел разум из челодлани. И я весь, целиком, озверел окончательно, распадаясь на паутину тросов.
Пакость в облако из меня мечом потыкала, но толком ничего не добилась — несколько тросов сгорели, но ничтожная часть, на общем фоне. И, через секунду, обрушился я на нечистика, вонзившись… в шкуру. То есть, это была шкура, натянутая на заполненную небывальщиной пустоту, не более и не менее! Прочная, но пусть с трудом, но пробиваемая.
И сквозь пробитую дыру я оказался внутри этой сволочи… и всё. А она просто исчезала. Причём… похоже что я и души, прихваченные нечистиком, поглощал. Не только эльфийки. Точнее не я, а тросы. Та часть, которая джинн, совершая органичное и естественное действие. Прервать я его мог, но решил этого не делать — тут лучше не лезть, а люди… Не знаю я ничего, и что-то сделав, могу сделать намного хуже.
Собственно, пока я метался и пытался понять, что сделать — всё закончилось. Оболочка явно упала на землю и начала прогибаться. И небывальщиной она фонила, но уже как вещь, а не живое существо.
Так что просочился я тросами, которые я, наружу. Попробовал почувствовать ту часть меня, которую эта скотина оттяпала. Не почувствовал.
И стал с ощутимым опасением “собираться”.