Укол боли — и разорванная цепь ближайшего байка оказалась на полу. А её место занимал канат, который я. Ощущаемый мной. И, очевидно, способный приводить аппарат в движение, своими… моими силами. Вопрос — какое КПД, и не загнусь ли я?
Впрочем, проверить никто не мешает. И проверил. Риск был, конечно, но умозрительный. А вот средство передвижение вышло на загляденье. И ценой была всего лишь незначительная, практически незаметная ноющая боль от троса, приводящего этот сюрреалистично превращённый в велосипед мотоцикл.
И бесшумный, удобный, радовался я, почистив незначительные потёки ржавчины и подкачав обнаруженными инструментами колёса. Собрал небольшой набор инструментов (большой, с учётом метода передвижения, смысла никакого не было. По сути, всё кроме рамы и седла — бутафория).
И с некоторым душевным подъёмом выкатил байк на трассу. Ну… раздолбанную дорогу, но всё же. И поехал, наслаждаясь отсутствием болей в спине, из-за которых и отказался, задолго до катастрофы, от прошлого железного коня.
Ехал я не быстро, километров тридцать в час — и дорога неважная, и что дальше, непонятно. Да и осматривался — растительность была совершенно бешеная, явно помощнее стандартного пригородного леса. Хотя и вполне привычная, в плане сортов деревьев.
А вот животных, птиц и даже насекомых не наблюдалось. Очень надеюсь пока, подумал я, и перед глазами замелькало.
А тело кувырком полетело с байка. Башка с левой стороны болела так, что я отметил эту боль как “терпимую, но уже сильную”. За неё меня с байка и сдёрнуло. А сознание выцепило из круговерти картинок, полученных в полёте, образ выбирающегося из придорожных кустов типа с каким-то карамультуком.
Деталей я не понимал, но удивляла возможность обдумать в явно очень короткий срок. И ещё ни черта не было страшно. А вот злоба поднималась, хотя и радость некоторая. Но и беспокойство — канаты, которые я, в месте попадания чувствовались “порванными”.
Ни черта я, очевидно, не бессмертный, заключил я, с треском влетая в придорожные кусты. И “нашёл людей”, чтоб их.
3. Чёткий интернационал
Влетая в кусты, я благословил как сбрую (прочная, от асфальтовой болезни, как-никак), так и свою новую непонятную природу. Ветки исправно ломались о меня, не нанося повреждений.
Но выстрел меня явно повредил, чтоб его! С болью, после того, как “всё началось”, у меня отношения были сложные. Как у восьмиклассницы в статусе социальной сети, хех.
Но при этом, именно тросы, которые я, подавали отчётливо осознаваемый сигнал: “повреждения”.
Ну да ладно, а что мой неудачливый убийца (а выстрел в голову без предупреждения — ничем другим, кроме убийства, не назовёшь) поделывает-то?
И аккуратно, стараясь не хрустеть и не шуметь, выглянул я в просвет между листьями. И… нет, достало меня фигеть, в конце-то концов!
Но, во-первых, был не один меткий стрелок, а группа сволочей. Из трёх сволочных рож.
Во-вторых, минимум две из трёх рож, не были людьми! Ну натурально — нечеловеческие рожи, да даже пропорции тел! Точнее…
В общем, если рассмотреть выбравшихся из кустов сволочей без эмоциональной окраски и рефрена: “я сошёл с ума, ах какая досада!” — то к байку чесали человек, орк и ельф.
По крайней мере, никаких иных ассоциаций две несимпатичные личности не вызывали. Один с грубыми чертами лица, выдающимися скулами, чудовищно расширенным торсом — метр в плечах, без преувеличений! И грубая, с зеленоватым отливом, кожа (а то и шкура) бугрящихся чудовищными мышцами рук. Вдобавок, выпяченная нижняя челюсть, из которой приветливо выглядывали на пару сантиметров два клыка.
Второй — тощий, явно субтильнее истощённого меня. Плеч почти нет, рожа… ну блин, или женская, или мужская… непонятно. Не то, чтобы красивая, смазливая такая. Мелкие черты лица, прямые, аж блестящие блондинистые волосья. Из которых торчали острые ухи, споря с орочьими клыками остротой.
При этом, если “орк” был высок, но всё же больше “вширь”, метр восемьдесят-девяносто, примерно так. То “ельф” был, несмотря на запредельную дрищавость, два с ощутимым хвостом ростом.
Подобные измерения, пусть и навскидку, позволила определить третья фигура, вполне себе человека. Но сволочи безусловной, поскольку стрелял в меня именно этот урод.
А третьим, как вишенка на торте, было то, что у человека и орка по одному глазу было прикрыто… визорами. То ли поверх, то ли вместо глаз.