Но этот вариант имеет, при одном достоинстве, массу недостатков. Первый из которых — я нихера не знаю окрестности, карт у меня нет. А если соотносить с нашими округами — так без карты я хрен эти поселения найду. По шоссе они не строились, а понять, ведёт ли заросшая тропинка или грунтовка к живому или мёртвому поселению, сходу не выйдет.
Далее, всегда есть вероятность выслушать от с трудом обнаруженных пейзан, какие эти дубковские упыри, мироеды и сволочи. И в жопу ябуцо.
При этом, большая часть подобных претензий окажется завистливой (или не очень) фантазией-самообманом в адрес “городских”. Причём такие фантазии могут быть у кучи людей, с подробностями и прочим, но к реальности относиться крайне слабо.
В общем, выходил такой себе вариант, с чувствительной тратой времени на поиски на хрен знает насколько полезные-реальные расспросы.
Далее, вариант, к которому я склонялся: подъехать к Дубкам. Вот просто, по дороге, на байке. Пустят в город — хорошо. Пошлют “гадкого тифлинга” — буду думать. От всё же объезда, до “тайного проникновения”. Не большой я спец по этому проникновению, но попробовать никто не мешает.
И разобраться, что за некрохрень в Дубках творится. И нахера.
И тут я отметил некоторое… усиление искажения небывальщины, скажем так. И назвал свою бессмертную персону охренительно умной, памятливой и прочими заслуженными эпитетами.
Дело вот в чём: Водяной чётко и конкретно говорил, что “идолищ понаставили”, “пути нет” и всё такое. На что я покивал, даже вякнул “посмотрю”, ну и… вылетело из дырявой башки, предался мыслям в стиле штандартенфюрера Отто.
А сейчас, у дороги, между ней и разлившейся рекой, чувствовался источник искажений. И, вообще-то, на него взглянуть не помешает. Ну так, чтоб себя окончательным идиотом не считать.
Округа была не лесистой, что, кстати, непонятно, но да ладно. И округу искажения прикрывали только камыши какие, никаких “бункеров с неподкупными мёртвыми стражами” не наблюдалось.
Так что остановил я байк, повчувствовался в округу, да и потопал к искажению. Которое, по мере приближения, начинала неприятно давить. Этакая внутренняя вибрация, всё усиливающаяся по мере приближения, до болезненности. Мелочь, а неприятно.
К моменту, когда я раздвинул камыши и взглянул на источник искажений, меня натурально потряхивало. И потрахивало — тросы проявились, ходили ходуном, полувибрирая. И болели уже ощутимо. И внешне я был плетёным, причём целиком, блин.
Хотя бронежилетка, шкуры жопа ангела, свои защитные свойства проявляла: морде и рукам явно доставалось сильнее.
Ну да не суть, а суть в том, что “защитная хрень от речного народа” была. Стояла на бережку, и нихрена не была “идолищем”.
Первая ассоциация, которую вызывала хрень — “лейденская банка”.
Прозрачный цилиндр метровой высоты, на толстом металлическом основании. И билась в нём… чёрная молния, с голубоватыми искорками. Вот именно так, как ни бредово звучит. Билась ритмично, явно будучи источником болезненной вибрации.
А я, посмотрев, придался разгульному мазохизму. В плане стал пытаться понять-почувствовать, а что эта хренотень с небывальщиной делает и как.
И выходила занятная фигулина. Хренотень мне, вообще-то, довольно сильно помогла в плане понимания ряда моментов, связанных с собой.
Даже внутренний голосёнка крайне ехидно отметил: “Боль — лучший учитель. Для идиотов, бугагашеньки!”
Ну, в чём-то внутренний голос прав, признал справедливый я. Наполшишечки.
Дело в том, что “диапазон” работы хренотени очень напоминал “пугалку для живности”. Типа ультразвуковой, хотя скорее электромагнитной. В конкретном случае — небывальское поле, вибрирующее неприятно для нечисти, если обобщать.
И вот, я в свое время думал мысли различной мудрости насчёт своей бессмертной персоны. Мол, кибернетизация нечистиком, металлической плотью джина. Волшебная, но тело, изначально — живое и моё.
И по результатам натурных испытаний я не “надумал”, а понял. Итак, место “сращивания” меня и джинна — душа. Ну примерно. Тело, что моё, что превращённое в тросы — инструмент, эффектор, не более.
И “не состою из тросов”. А тросы — возможное состояние тела, не более и не менее.
То есть, пожелав-почувствовав, я “втянул” нечистую часть “в душу”. Джиннская часть этому не то, чтобы сопротивлялась… но скажем так, ощущения “хозяин-барин. Но дурак” чувствовалось отчётливо.
И вот честно, чуть с визгом и писком не “вернул как было” и не убежал от хренотени. Было страшно, очень. Иррационально, но ничего от этого не менялось — ощущение беспомощности, уязвимости… Ну страшно дико, в общем.
Но я превозмог, и хренотень мне в этом немало помогла: интенсивность её воздействия, после “втягивания” уменьшилась в разы. То есть, меня потрахивало, но не болезненно, а как от слабых электроразрядов, вполне терпимо.
И… нет, безусловно, всех ответов я не получил. Но в ощущениях узнал немало: например, “втянутая” часть отчётливо ощущалась. Как часть меня, но именно часть, а не основа. Ну как рука, нога — примерно такой уровень.
И, судя по всему, я всё же в определённой степени “нечисть и нежить” даже без джиннистой части. Потому что потрахивание было точно нацеленно на них. А потрахивало даже “без тросов”. То ли убрать их полностью невозможно (да и не нужно), поскольку они “окончательно интегрировались”… Стоп.
“Поосторожнее, Кащей, а то совсем нежитью станешь”, вспомнил я слова Ариски. И сам же чувствовал. В общем — понятно, занятно и в жизни мне пригодится, окончательно решил я, да и махнул рукой.
У меня заказ, на минуточку, а не консилиум “кто такой Кащей, как он есть”.
И стал я, уже не как дёргающийся плетёный человек, изучать енту хрень. Безуспешно — в метре от неё было некое “поле”. Кстати, заметное по примятой камышатине и кругу по воде. Руками не проницаемое. Защита от дурака и Кащеев, отметил я.
Но даже узнанного хватает. Это защита от нечисти, отпугиватель. На всю нечисть он не действует, я думаю. Ну, точнее ТОЧНО не отпугнёт всю. Но неприятен и некомфортен всей, вопрос в том, насколько.
И она техномагическая, что немаловажно. Не идолище, не ритуал или что-то подобное. А именно техника. Понятно, что на небывальщине, но сам факт примечателен.
И только я стал этот момент обдумывать, как в камышах зашуршало. А несколько всполошившийся я отметил, что со своими экспериментами напрочь забыл об округе. Ну, даже не поругаешься на себя особо — интересно чертовски, но всё же косяк. Для ведьмака вообще непростительный.
А в ощущениях выходила такая картина, что в двадцати метрах от меня, на дороге, пребывал некий хмырь. А ко мне, шурша камышом, чесал ещё один хмырь. Ну… посмотрим.
Хотя момент со “втянутыми” тросами напрягает, оценил я внутренние ощущения. Но прорвёмся, не порвёмся, удачно скаламбурил я.
И выперся из камышей тип. Вроде — человек. С магострелом под рукой, в меня им невежливо не тыкал, держал под рукой. В какой-то маготехнической бронежилетке, пырился на меня требовательно.
— Ты кто такой и что здесь делаешь? — нахмурился на меня тип.
— Хоть сам бы представился, сержант Нунихренасебефамилия, — резонно отпарировал я.
— Хех. Дружина города Егорьевск. Повтор…
— Стопэ, — поднял руку я. — Какой нахрен Егорьевск? Это вообще — где?
— Дубки это. Переименовали недавно.
— Да?
— Да!
— Ну ладно, пусть, — милостиво дозволил я. — Интересно стало, — потыкал я в лейденскую банку. — Почувствовал, а надписей “не подходить” в округе нет. Хотя, если бы была — точно бы подошёл, — задумчиво отметил я.
— Потому и нет, — логично ответил тип. — Ты кто, мужик?
— Странник я. Езжу, людям помогаю. Умеренно. С нечистью.
— Ну, что маг — понятно. Байк свой сам чаровал?
— Считай, что так, — осторожно ответил я.