Я бы заорал от боли, если бы в моих легких еще оставался воздух. В голове словно взорвалась кислотная бомба, устроили скачки на выживание бешеные дикобразы. Пережженные, спутанные нейроны грубо вставали на место, стремительно и безжалостно сшивались разорванные связи. Моя картина мира вздрогнула, накренилась и обрушилась, чтобы застыть в новом, устойчивом, логичном, цельном положении, не оставляющим простора для неясностей.
Привратник и Ясновидец хотя и были самыми ценными сотрудниками вспомогательного персонала Котла, но далеко не единственными. И одним из тех, чья работа не привлекала особого внимания, был Слизень, 53-й, чья сила заключалась в способности манипулировать воспоминаниями. Слизень погиб во время атаки Зиона на базу Котла и телепортации на нее Спящего, но эффект его силы сохранился, и сейчас он пришел в движение, уцепившись за произнесенную кодовую фразу.
«Третья фаза завершена».
Все из-за Лизы. Она была настолько же ценным союзником, насколько страшным врагом. Ее сила действовала по принципу экстраполяции, из мельчайших подсказок и зацепок формируя цельную картину. И единственным способом не позволить ей докопаться до сути Четвертой фазы, было не дать ей никаких подсказок. Вообще никаких. А для этого мы сами не должны были ничего о ней знать.
И мы использовали Слизня. Пока Лиза еще находилась в лечебной коме после заключения в петле времени, мы приказали ему стереть память самим себе, оставив лазейку лишь в виде кодовой фразы, которая должна была разблокировать доступ к утраченным объемам воспоминаний. Сам Слизень никакой информации выдать не мог, из-за мутаций общаться с ним могла только Контесса, а содержали его изолированно.
Я погрузился в обретенные воспоминания, последовательно прошел по каждому шагу этого дерзкого и рискованного, практически безумного плана. Плана, который последовательно исполнялся на протяжении нескольких лет, и только вошел в завершающую стадию.
Сначала я улыбнулся. Потом не сдержался и хихикнул сквозь маску. А потом истерика вступила в свои законные права, и мой смех смешался с окружающим гвалтом.
Толпа вокруг ревела. Бесновалась. Ликовала.
Паралюди, израненные, измотанные жесточайшей битвой, бессвязно орали от радости, выделывали в воздухе кульбиты, обнимались, пускались в пляс. Воздух искрился от импровизированных салютов из энергетических лучей и сфер. За торжествующими криками было невозможно расслышать даже собственный голос. Я стоял посреди бушующего хаоса и даже захлебываясь хохотом, не выглядел странным.
Да, это был еще не конец, как думали остальные, но повлиять я уже не мог ни на что. Только ждать какого-то результата и разбираться с наболевшими проблемами. Я проверил через интерфейс маски, кто из Котла еще оставался жив и боеспособен.
- Дэвид, Кевин, ответьте.
- Я тут, - отозвался бывший узник временной петли.
- Быстро ко мне.
- Буду, как только смогу.
- Дэвид?
- Да, слышу тебя, - голос клона звучал без охоты, долгая битва в единении со всеми паралюдьми сотен миров его вымотала до предела.
- Я знаю, что ты устал. Но остался последний шаг: уничтожь Королеву Фей.
- Ага…, - ответил он после промедления.
- Аккуратно, у нее все еще есть Серый Мальчик. Когда справишься – найди меня.
- Понял.
Похоже, его лояльность успела пошатнуться. Лучше бы им с Королевой Фей поубивать друг друга, потому что самому с ними справиться у меня вряд ли получится. За мной и так уже пришли.
Отступник двигался сквозь массу тел с целеустремленностью ледокола. В бою он лишился шлема и беззастенчиво распихивал зазевавшихся кейпов выключенной алебардой. Сплетница с трудом поспевала за ним, стиснув в руках слишком тяжелый для нее пистолет. Я повернулся к ним, на лицо сама собой наползла неуместная и непрошенная улыбка. Меч мягко загудел и поднялся в стойку.
- Не советую, Колин, - сказал я, все еще давясь смехом. – Мы это уже проходили.
Если бы его способности позволяли убить меня взглядом, он бы уже это сделал раз десять. Однако Отступник помимо ярости излучал и неуверенность, его оборудование получило слишком много повреждений. Сплетница выглядывала из-за его спины и целилась в меня из пистолета, но прекрасно понимала, что я успею убить ее раньше, чем она выберет спуск.