Последний же из нанятых по странному стечению обстоятельств оказался тем самым безногим лучником. И у нас с ним сложился довольно интересный разговор, признаться, он даже был забавен и в некоторой степени вернул мне веру в человечество. Немного.
— Значит, вот как выглядит Тень для спящего, — воин со снятой Пеленой с удивлением оглядывался. — И что сейчас будет, демон? — это уже было обращено ко мне. Причём в этом обращении не было ни страха, ни ненависти, да и любопытства я тоже не заметил, разве что его тень. Проклятье, да он больший Усмирённый, чем все клеймённые маги Киркволла и Ферелдена вместе взятые!
— Ты знаешь, кто я, но при этом не боишься… это необычно.
— Ты тут живёшь, а я нахожусь впервые. Если ты захочешь меня убить или пытать, я ничего не сделаю. Хотя пыток бы мне не хотелось, — всё тем же ровным голосом сообщил мой собеседник. — А так… Сейчас бояться рано, если ты со мной что-то сотворишь — будет поздно, а во время «сотворения»… вряд ли у меня будет время бояться.
— На редкость здравомыслящая позиция, — признал я. — Думал, будут крики и цитирование Песни Света.
— Если бы эта херня помогала, жрицы не запугивали бы демонами всех подряд уже добрую тысячу лет, — безразлично пожал плечами лучник.
— Хм-м… Не то чтобы там совсем не было вариантов, но ты прав, в моём случае это было бы бесполезно.
— Так чего ты желаешь? — спросил у меня человек. И…
— Аха-ха-ха!.. — нет, он мне точно нравится. — Обычно эту фразу произношу я, — пояснил я своё веселье. — А желаю я сделать тебе предложение. Найм, если угодно.
— Что нужно делать? И какая плата? — вновь удивил меня человек, к тому же в нём мелькнула заинтересованность. Ну-ка… Глянем глубже… О, интересно-интересно. Да у нас тут мужской вариант Лелианы, разумеется, куда как хуже во всех отношениях, но… парень отправился наёмничать, поддавшись историям менестрелей, что наслушался по тавернам, когда сопровождал отца, работавшего приказчиком у купца. С тех пор прошло больше двадцати лет, парень давно стал мужчиной, повидавшим кучу дерьма, лишился ног и мечты, что и «убило» его морально. Впрочем, к тому моменту мечта «о геройстве и приключениях» и так была почти мертва, лишь в самом тайном уголке сердца тлели её остатки, но перебитые ноги, попавшая в раны зараза и ампутация стали последней точкой.
— Я собираю в реальном мире отряд бойцов, что будут этот мир спасать — менее чем через восемь лет на Тэдас вернётся Мор, как раз хватит времени, чтобы пообвыкнуться и пообтесаться. И ты мне подходишь.
— Спасение мира? — на этом моменте его всё-таки… нет, не проняло, но впервые в его голосе зазвучал интерес. Мёртвая мечта дёрнулась, оживая.
— Знаю, звучит весьма амбициозно и малореально, но как одна из целей… А пока вы будете проводить разведку на Глубинных Тропах, освобождать забытые гномьи тейги… да и иных дел найдётся, — по мере перечисления мной потенциальных задач глаза лучника разгорались интересом к жизни.
— Это… Но я же безногий калека…
— Для меня это не является проблемой, — я усмехнулся.
— И что ты хочешь за это, демон, мою душу?
— В первую очередь — твою верность, наёмник. Но да, поступив ко мне на службу, ты не сможешь с неё уйти. Ни в жизни, ни после смерти, став одним из стражей в моём доме. В обмен — здоровье, физические блага и возможность стать чем-то большим, чем простой человек или дух Тени, но это уже будет зависеть от тебя и твоей службы.
— Я согласен! — ни мгновения не раздумывал калечный воин. А я ощутил, как «все права» на его тело и душу переходят ко мне.
— Хорошо. Тогда я зайду за тобой этим днём, ну а пока… приятных сновидений, — и я направил его в свой Домен, там уже мои слуги навеют ему желанных грёз о подвигах и приключениях. Ну что же, здесь мы закончили, но людей всё ещё маловато и для баланса стоит найти ещё хотя бы троих-пятерых. Впрочем, пока можно и остановиться на том, что есть — обкатать методу лучше на небольшой группе.
Забрать выбранных рекрутов из Амарантайна получилось элементарно — до людей никому дела не было, тем паче если это больной старик и безногий калека, что же касалось молодых эльфов… капля магии — и на них тоже никто не обращает внимания. Возможно, проблему решила бы горсть серебра, но серебро, в отличие от Магии Крови, затыкает рты ровно до того момента, как не находится ещё одна пригоршня серебра, чтобы отворить фонтан красноречия. Не то чтобы я беспокоился, что кто-то заинтересуется «странным типом», что увёл полтора десятка эльфов в неизвестном направлении, но зачем оставлять лишний след? Тем более такого рода следы очень любят проверять храмовники. Влезать же в их дела в Ферелдене мне пока было не с руки.