О, Боже, о, нет, верни моего ребенка. Моего маленького мальчика.
Вайолет упала на землю, рыдая и дрожа, выкрикивая имя Дэнни, пока у нее не пересохло в горле.
Глава тридцать первая
— Я направляюсь домой, чтобы быстро принять душ и переодеться, а потом поеду к тебе, — сказала Сиенна.
— Наконец-то. — Она ощутила улыбку в голосе Гэвина. — Долгий день, да? У меня есть как раз то, что поможет тебе расслабиться. Он очень большой и очень горячий.
— Ммм, расскажи мне о нем еще, — сказала она, добавив в свой тон эротичное, наводящее на размышления мурлыканье.
— И очень мясной, — добавил он.
— О-о-о.
— С большим количеством лука.
Она расхохоталась.
— In-N-Out? (сеть закусочных быстрого питания «In-n-out burger», расположенная только на западе США.)
— Конечно. В сочетании с отличной пепси-колой и дополнительным льдом. Я позвоню и сделаю заказ, как только ты скажешь, что уже в пути.
Она счастливо вздохнула. Время ужина давно миновало, вообще-то, давно пора было ложиться спать, но она умирала с голоду. Просто не было времени поесть.
— Ты все еще помнишь все мои любимые блюда.
— Конечно. Я уверен, что у тебя так же есть немало новых, — сказал он, и его тон стал серьезным. — Я готов потратить время на изучение их всех.
Она улыбнулась. На самом деле, у нее действительно появилось несколько новых фаворитов. Ее вкус и ее мир… расширились с тех пор, как ей исполнилось восемнадцать, и она была очень бедна, но ей нравилось, что он знал, какой она была до того, как смогла позволить себе изысканную кухню, потому что этот человек тоже все еще существовал, и, как оказалось, не все самые ценные вещи в мире стоили денег, например, жизнь.
— Ты все еще добавляешь дополнительное масло в свой попкорн? — спросила она.
Он рассмеялся.
— Нет, но только потому, что мои артерии уже хуже, чем у подростка.
Она ухмыльнулась.
— Скоро увидимся. О, кстати, Гэвин, дай мне несколько лишних минут. Я проезжаю мимо дома твоей мамы, так что собираюсь заехать и проведать ее лично. Знаю, что уже поздно, но если она спала весь день, то, может быть, уже встала. Я ненадолго.
— О. Да, конечно. Обычно она не ложится спать раньше одиннадцати и смотрит те реалити-шоу, которые ей нравятся. — Он остановился. — Аргус так и не перезвонил мне, но, надеюсь, моя мама поговорила с ним. Возможно, между ними произошла какая-то ссора, и он сейчас обижен.
— Возможно. Я напишу тебе чуть позже.
— Ладно, буду ждать.
Сиенна свернула и проследовала по маршруту, по которому ездила неделю назад, затем остановилась перед домом Мирабель. Она заглушила двигатель, выдохнув, когда увидела свет экрана телевизора внутри дома. Она продолжала смотреть на большое строение, нахмурив брови. Возможно, Мирабель заснула перед телевизором, потому что, кроме слабого мерцания, что-то в доме казалось странно темным. На крыльце не горел свет, не было даже малейшего отблеска света внутри.
Если Мирабель все еще спала перед телевизором или как-то еще, ей, очевидно, нужен был отдых. Сиенна замешкалась, прежде чем позвонить в дверь, колеблясь между тем, чтобы не будить ее и предложить помощь. Но потом она вспомнила настойчивость Гэвина у ее двери и то, как сильно она нуждалась в его заботе, знала она об этом или нет, поэтому нажала пальцем на дверной звонок. Что, если болезнь Мирабель обострилась? Что, если у нее жар, но «Тайленола» нет? Что, если у нее обезвоживание? Что, если она не ела весь день, и ей просто нужно, чтобы кто-нибудь разогрел ей что-нибудь?
Что, если ей просто нужно помочь подняться с кресла перед телевизором и лечь в постель, зная, что тогда она не проснется с болью в спине?
Она подождала минуту, прижав ухо к двери, но изнутри не доносилось ни звука, даже тихого звука какого-то телешоу, и волна беспокойства накатила на нее. И когда она взялась за ручку, и та повернулась… открылась… это беспокойство усилилось.
— Мирабель? — крикнула она в темный дом. — Мирабель, это я. — Ее оружие все еще было в кобуре на поясе, и по привычке она положила на него руку, когда вошла внутрь, включив свет в прихожей. Она снова позвала ее по имени, но ответа не последовало, и она медленно двинулась вперед.
Она только что поехала домой к Аргусу, оставила включенным телевизор и забыла запереть дверь. Или она выйдет из своей комнаты сонная и дезориентированная из-за какого-нибудь лекарства от простуды, и ты напугаешь ее до смерти.