Если бы Гэвин не узнал эту конкретную формулировку, она бы не представила случайный теннисный мяч… скорее всего, квартиру опечатали бы, мусор вывезли на свалку, и разгадка была бы утеряна навсегда. Она все еще была шокирована этим. Стало одновременно жутко и пугающе, что убийца положил его туда, чтобы они могли найти ключ. Конкретно она.
Сиенна остановилась перед полуразрушенным домом, половина крыши которого обвалилась, а крыльцо провисло. Оказалось, что когда-то лужайка представляла собой пустынный ландшафт — камни и кактусы, — но теперь заросла сорняками и была усыпана мусором, а кактусы превратились в сморщенную шелуху. Это показывало, что иногда даже то, что находилось на своем месте, засыхало из-за пренебрежения.
Кэт и Сиенна вышли из машины, на мгновение покосившись на дом, заходящее солнце создавало расплывчатый ореол. Сравнение оказалось очень точным, и у Сиенны снова появилось странное покалывание в спине, как будто кто-то наблюдал за ними. Она огляделась вокруг, но все было тихо и неподвижно. Если кто-то и использовал это место, то он делал это после захода солнца и мог бы действовать под покровом ночи.
Они обе надели перчатки, а затем направились вверх по потрескавшимся ступенькам к двери, проверив ту часть крыльца, которая выглядела устойчивой, прежде чем открыть ее своим общим весом. Окно сбоку от входа было открыто примерно на четверть дюйма, и, когда Сиенна посмотрела на дверь, оказалось, что ручка новая.
— Кто-то проник в дом и поменял фурнитуру на входной двери, — пробормотала Кэт, очевидно, заметив то же самое, что и Сиенна.
Она подняла ключ, который вынула из теннисного мяча, и вставила его в замок. Это сработало, как она и думала. Она встретилась взглядом с Кэт, когда дверь с громким скрипом распахнулась. Человек, который привел их сюда, установил новое оборудование, гарантируя, что ключ подойдет к этому замку. Кожа на затылке покрылась мурашками, и она оглянулась. Разве тот, кто приложил столько усилий, не хотел бы увидеть, как его игра закончилась? Однако нигде не было никакого движения, и в пределах видимости оказалось очень мало мест, где можно было бы спрятаться.
Кэт заглянула внутрь:
— Полиция Рино. Есть кто-нибудь? — они остановились и прислушались, но не было слышно ни звука, и они обе вошли: Кэт шла первая, Сиенна следовала за ней.
Кэт снова прислушалась, но все было тихо. Сквозь открытые окна струились лучи света, и, что удивительно, хотя здание было старым и нуждалось примерно в тысяче ремонтов, здесь не валялся мусор, а конструкция и стены остались целыми, никакой аэрозольной краски не было видно.
Возможно, провисшая крыша и крыльцо служили сдерживающим фактором для тех, кто мог использовать собственность незаконно, поскольку поблизости находились и другие заброшенные дома, которые не выглядели так, будто они могли рухнуть в любой момент.
Они ходили из комнаты в комнату, осматривая весь дом, и оказались на кухне в задней части дома. Плиточный пол был грязным, но без трещин, только одна коричневая дверца шкафа висела криво. Обои с ярким цветочным узором отклеивались, один лист упал наполовину, как ярко одетая женщина, которая заснула, еще стоя на ногах, но пока не упала на пол. Сиенна открыла шкаф, и запах затхлого воздуха внутри заставил ее поморщиться. Рядом с ней Кэт делала то же самое, но ей хватило мудрости стоять при этом на расстоянии вытянутой руки. Сиенна извлекла урок из своей ошибки и отступила, выдвинув один ящик, а затем другой. Внизу лежала древняя на вид аптечка. Сиенна подняла ее и открыла, но внутри оказалась только бутылка, порыжевшая от жидкости медного цвета. Она не думала, что это зацепка — похоже, она была там столько же, сколько и дом, — но Сиенна все равно позаботится о том, чтобы криминалисты осмотрели ее.
Остальные шкафы и ящики были пусты.
— Ох, — выдохнула Сиенна сразу после того, как открыла дверь в старую кладовую. Кэт подошла и встала рядом с ней, и вместе они посмотрели на еще один кусок рукописной записки, прикрепленный к внутренней стороне двери, как старый рецепт. Сердце Сиенны забилось быстрее при виде знакомого почерка.
Она оглянулась через плечо, и Кэт прошептала: