— Детективы? Есть проблемы?
— Нет. Нет проблем. Мы расследуем дело. Возможно, это не так, но мы решили, что не помешает зайти и узнать, не произошло ли в вашем магазине чего-нибудь примечательного за последние пару недель? Были ли необычные клиенты? Проблемы?
Он покачал головой.
— Нет, ничего необычного. У меня здесь приличный народ. Вы можете быть удивлены, учитывая, что сегодня этот метод воспроизведения музыки не самый популярный. Но на самом деле я в основном использую это место для хранения своего диджейского оборудования, — он указал на дверь, через которую только что вошел, место, которое, как предположила Сиенна, было складом, возможно, офисом, а также служило местом для встреч с клиентами. Что-то в этом роде. — Однако винил — моя страсть, поэтому я коллекционирую их и продаю те, которые у меня есть, или которые мне не нужны. — Он указал на ряды мусорных баков позади них, а Сиенна повернулась и взглянула на вертикальные альбомы, которые, казалось, были расположены в алфавитном порядке, с большими буквами, написанными на лицевой стороне мусорных баков.
— Хорошо, что ж, спасибо, что уделили время.
— У вас есть проигрыватель? — спросил он.
— Есть у моих родителей, — сказала Кэт. — Слишком сложный для меня. — Она сморщила нос.
Но Дучес усмехнулся, явно не обиженный этим.
— Нет, в этом вся прелесть, — сказал он. — Не стесняйтесь: осмотритесь, нет ли чего-нибудь, что ваши родители могут пожелать на Рождество.
— Конечно. Спасибо. — Кэт протянула ему свою визитку. — Если у вас появится причина позвонить, — сказала она.
Он посмотрел на нее, кивнул и, услышав звонок телефона, направился к кассе и ответил на звонок.
— Дюсес Уайлд. Дучес говорит.
Она наклонилась к Сиенне.
— Прослушивание старых пластинок похоже на наждачную бумагу в моем мозгу. — Она сделала драматическое выражение лица, крепко зажмурив один глаз и подняв другой.
Сиенна хихикнула.
— Наждачная бумага в мозгу. Прекрасный визуальный эффект.
— Пора идти.
— Подожди, — сказала Сиенна, перевернув один из рядов пластинок, провела рукой по пластинкам артистов, чьи имена начинались с буквы «А», а затем пальцем вытягивая их вперед, чтобы увидеть обложки. АББА… ПЕРЕМЕННЫЙ ТОК… Ассоциация. Она повернулась к Кэт, которая следовала за ней. — В этих записках упоминались какие-либо группы?
— Не то, чтобы я помнила. Я оставила папку в машине, но мы могли бы выйти на улицу и еще раз просмотреть их. — Она пожала плечами. — Я не поклонница музыки, но, возможно, если мы специально поищем имя исполнителя, всплывет что-то такое, чего раньше не было.
Сиенна моргнула, когда что-то пришло ей в голову.
— Кэт, а как насчет той фразы, которую, по его словам, использовал мистер Патч…
— О, вот так денек, — сказала Кэт, наморщив лоб. — Это песня?
— Не знаю, но кажется, что все возможно. — Она клялась, что слышала это где-то раньше, хотя не могла вспомнить ни одной мелодии.
Кэт повернулась к стойке, где Дучес как раз вешал трубку.
— Эй, Дучес, ты знаешь песню со словами «о, вот так денек»?» — спросила она.
— Ах, да. Это классика. Называется «Гонки в Кэмптауне» («Camptown Races») Стивена Коллинза Фостера. Сейчас ее чаще всего считают детской песней, хотя она и посвящена азартным играм. Обычно я не храню для себе ничего из той эпохи, в которой была написана песня, но Джонни Кэш сделал ее крутое исполнение в программе «Bell Telephone Hour» в 1959 году. — Он указал позади них. — Вы найдете копию в «С», вот здесь.
Они поблагодарили Дучеса, когда дверь открылась, и вошла девушка, одетая во все черное, с короткими черными волосами, вьющимися косичками и рыхлой челкой, и хмуро поприветствовала Дучеса, а затем направилась за стойку, где он стоял.
Сотрудница?
Кэт повернулась к Сиенне с недоверчивым видом.
— Кто еще мог хранить такие вещи в голове?
— Никто, кроме него, — пробормотала Сиенна, мурашки по коже говорили о том, что они были в нужном месте.
«Гонки в Кэмптауне». Теперь она знала песню, и мелодия проносилась у нее в голове, пока они с Кэт быстро шли к секции C, а Сиенна разделяла альбомы, пока они не подошли к тому, который искали. А на лицевой стороне была мятно-зеленая наклейка со строкой цифр.
Сиенна почувствовала прилив триумфа, за которым быстро последовал небольшой укол раздражения. Эти две эмоции смешались, отчего у нее слегка перехватило дыхание. Она повернулась к Кэт, держа пластинку. Стоя впереди, Дучес был увлечен разговором с девушкой.