В течение некоторого времени мы просто смотрим друг на друга. Он — с руками, засунутыми в карманы, я — положив руку на сердце, все еще пытаясь успокоить дыхание. Но мы оба молчим. Я открываю рот, чтобы что-то сказать, хоть что-нибудь, как, например, какого черта ты только что чуть не убил меня? Или почему ты бросил нас? Но слова застревают в горле. Понимая, что я не окажусь первой, кто нарушит тишину, Ашер смиряет меня презрительным смешком и, тряхнув головой, разворачивается и покидает помещение. Я так ненавижу наблюдать за тем, как он уходит от меня.
— Окей, расскажи мне о той ночи снова с самого начала. И ничего не упусти, — говорит Натали с водительского места моей машины. После нашей с Ашером стычки, я буквально выволокла Нат из здания, несмотря на нетрезвые протесты Джексона и Бретта. Я до сих пор чувствовала опьянение — то ли от выпитого пива, то ли от близости Ашера, я не знаю — поэтому попросила Нат сесть за руль.
— Я уже миллион раз тебе рассказывала, — возмущаюсь я, полностью откидывая назад спинку сидения. Высунув руку из заднего пассажирского окна, я чувствую, как кожу обволакивает жаркий, липкий, летний воздух.
— Я буквально набросилась на него. Он поддался мне всего лишь на минуту. И, прежде чем что-либо успело произойти, появились Дэш и Уайтли. — Не то чтобы что-то и намечалась, но моя четырнадцатилетняя натура была расстроена. — Он просто сказал мне, что произошедшее было ошибкой, подвез Уайтли до дома, и с тех пор я его больше не видела. До сегодняшнего вечера. А еще он так и не воспользовался стипендией, я проверяла.
— Хммм, — задумчиво отвечает Нат, постукивая пальцами по кожаной обивке руля. — Мне кажется, что он, возможно, пытался сбежать от возникших к тебе чувств. Но исчезнуть на три года? Это жестко даже для него.
Я фыркаю в ответ. Я не имею ни малейшего отношения к его исчезновению. Для того чтобы это произошло, я должна была значить для него хоть что-то. Последние три года доказали обратное.
— Не пытайся раскрыть мотив Ашера. Ты лишь заработаешь травму мозга, — Уж я-то знаю. Эш никогда не раскрывал своих карт и не позволял кому-либо увидеть его истинные чувства и мысли.
Мы въезжаем на длинную подъездную дорожку нашего пафосного дома, и Натали паркует машину.
— Ну все, мне пора. Нужно помочь матери подготовиться к завтрашнему мероприятию, так что я обещала приехать домой пораньше.
— Бррр, набери мне позже.
После того, как Нат пересаживается в свою маленькую, красную спортивную машину и уезжает, я направляюсь к дому, устало набирая код на входной двери. Мне так лень идти в свою комнату в противоположной части дома, так что я беру зарядку Дэша с кухонного островка и располагаюсь на диване в зале. Он огромный, мягкий и точно поместит на себе человек десять. Это моя самая любимая комната в доме. Я включаю свой любимый фильм. Тот самый, который я так люблю и ненавижу одновременно, потому что он напоминает мне о той ночи. «Легенда Дикого Запада».
Я никак не могу сфокусироваться на экране. События трехлетней давности и сегодняшнего вечера проносятся перед глазами, и я пытаюсь найти хоть какой-то недостающий фрагмент головоломки. Но я возвращаюсь все к тем же двум вопросам. Что заставило его уехать? И что вынудило вернуться?
Вскоре я засыпаю, мысленно возвращаясь к бесстрастным словам Ашера.
«Не упади…»
Кто-то должен был предупредить меня не влюбляться в него (прим. игра слов Don’t fall — не упади, Someone should’ve warned me not to fall — кто-то должен был предупредить меня не влюбляться) несколько лет назад.
Глава 2
Ашер
— Мужик, ты уверен? — уже в третий раз спрашиваю я с тех пор, как Дэш предложил остановиться у него. Последнее, что должно было произойти сегодня, — это снова оказаться в этом доме. Когда я вернулся в город, я рассчитывал избегать этого места как долбаной чумы. Этот дом и люди в нем были единственным лучом света в моей жизни. Но после того как Вейл-младшая подло предала меня, я потерял и это.
Я лишь единожды заехал в свой старый дом. Там меня встретил спящий в старом изодранном кресле вусмерть пьяный отец. Непотушенная сигарета свисала из его пальцев, рискуя спалить весь дом. Я развернулся и вышел еще до того, как он успел меня заметить.