— Я скучала по тебе.
Невозможно скучать по тому, чего у тебя никогда не было. Но я не поправляю ее, потому что чувствую то же самое. Такие отношения с Брайар кажутся тем, о чем я скучал всю свою жизнь.
Жаль, что это не продлится долго.
Я просыпаюсь, во рту суше, чем в пустыне, а маленькие нежные пальцы аккуратно сжимают основание моего члена. Брайар поглаживает мой пирсинг, и я рычу от поглотивших меня ощущений. Мои бедра начинают двигаться в своем собственном ритме. Взгляд девушки встречается с моим.
Я сделал этот пирсинг, потому что проиграл пьяный спор, когда еще даже не был достаточно взрослым. Спасибо Эдриану, конечно же. Вместо того чтобы просто принять вызов, я выпендрился и сделал аж два прокола. Я могу снять штанги, но с ними секс становится гораздо интереснее. И сейчас, когда Брайар играет со мной как с новой любимой игрушкой, я совершенно об этом не жалею.
— Доброе утро, — говорит она наполовину соблазнительно, наполовину невинно, прежде чем провести языком по всей длине моего члена. Я вздрагиваю, когда ее язык касается штанг, и обхватываю руками ее голову.
— Это точно. — Мои бедра напрягаются. Брайар несколько раз проводит языком под головкой, прежде чем полностью взять ее в рот.
— Обхвати его рукой, — говорю я. Она делает как велено, ее маленький кулак движется по стволу, пока она облизывает головку.
— Да. Вот так, мать твою. Сожми сильнее.
Она делает это.
— Посмотри на меня. Позволь мне взглянуть в эти прекрасные глаза, пока твои идеальные губы обхватывают мой член.
Я уже близок к оргазму, когда наши взгляды встречаются, и в этот момент я готов перевернуть ее и проникнуть до упора. Я уже начинаю воплощать это в жизнь, когда мы оба застываем, услышав голос.
— Эй? Где мои дети, и что произошло с моим домом?
— О боже, — в панике шепчет Брайар. — Что здесь делает моя мать? Тебе нужно уйти!
— Да, черт возьми, — говорю я и уже обшариваю пол рядом с кроватью в поисках боксеров. Мы оставили одежду возле бассейна. И косяк. А еще алкоголь и мою сперму, но кого это волнует? Брайар вытаскивает из шкафа белое платье — такое, которое бы носила прежняя Брай — и аккуратно надевает его через голову, прежде чем пригладить свои как-после-секса волосы.
— Черт, черт, черт, — шипит она, натягивая свои трусики. — Увидимся позже.
Я знаю, что у нас нет времени на сантименты, поэтому коротко киваю ей и выпрыгиваю из окна, готовясь пробраться через задний вход, чтобы забрать свои ключи и вещи. Прежде чем я успеваю сделать хотя бы шаг, Брайар хватает меня за плечо, застигнув врасплох. Ее губы прижимаются к моим, рука запутывается в волосах, и она целует меня изо всех сил. Девушка втягивает мой язык, я прикусываю ее нижнюю губу, и она стонет мне в рот. Брай отстраняется. Ее губы припухли, щеки порозовели, глаза горят. Она прекратила поцелуй так же неожиданно, как и начала его.
— Увидимся вечером? — спрашивает она, нервно закусив губу. Мои руки опираются на оконную раму, и лишь наши лбы касаются. Эти четыре незначительных слова сбивают меня с толку. У меня никогда не было кого-то, кто бы ждал меня, хотел увидеть. Ничего больше, чем простой перепих, к сожалению. То же можно сказать и обо мне. Я никогда не хотел, чтобы меня кто-то ждал. У меня уже был опыт с одержимыми девушками, и это всегда ощущалось, будто стены давят на меня со всех сторон. Но, когда дело касается Брайар, я начинаю чувствовать, что, возможно, в этом мире найдется место и для меня.
Первая мысль, пришедшая на ум, это отказать ей. Я пообещал себе, что не позволю ей привязаться ко мне. Но кого я, бл*дь, обманываю? Мы не просто привязались друг к другу. Она в моей голове, моих венах, в остатках моего сердца, нравится это кому-то из нас или нет.
— Я буду здесь.
Глава 8
Брайар
Как только Ашер скрывается из виду, в мою комнату входит мама. Я резко разворачиваюсь, стараясь выглядеть как можно более невозмутимо, и опираюсь на подоконник.
— Что произошло с твоими волосами? — шипит она, пропуская кончики моих волос сквозь пальцы и осматривая их.
— Я тоже рада тебя видеть, мам, — говорю я, вежливо приобняв ее. — Что ты здесь делаешь?
— Прошу прощения, мне больше не рады в моем собственном доме? — слишком наигранно спрашивает она.
— Ты же знаешь, что я имела в виду, — говорю я, едва удержавшись, чтобы не закатить глаза. Мама вздыхает и убирает прядь волос с моего лица.