— А где Иефа? — тихо спросил Ааронн.
Зулин нервно дернулся и завертел головой, оглядываясь по сторонам. Полуэльфка исчезла, словно провалилась в одну из дварфских ловушек. Стив тихонько зарычал и указал на пролом в стене. Ветви плюща у входа слегка покачивались.
— Доигрался! — процедил Ааронн и бросился к башне.
— Интересно, он о себе или обо мне? — пробормотал планар.
Иди сюда, девочка, иди… Я устал, очень устал, я жду. Он голоден, слишком много мертвых, а он голоден давно, давно, давно… Голоден и безумен, а я устал, очень устал…Иди, иди, иди, девочка, не останавливайся, он будет доволен, он уснет, а я отдохну…Слишком много мертвых, слишком много, зачем его разбудили, теперь так трудно, кто-то отнял у меня силы давно, давно, давно, он безумен, а может быть я, может быть, я не отдам тебя ему, может быть, я оставлю тебя себе, и мне будет тепло, тепло, тепло… Я тебе помогу, девочка, ты ведь хотела, на водоросли спать, ты ведь хотела когда-то…
Я не хочу. Я хочу жить. Ты меня не получишь.
Но ведь ты идешь ко мне, девочка, ты ведь идешь…
Я иду, потому что так надо. Потому что ты делаешь что-то не то, ты попал в беду, тебя кто-то свел с ума, чтобы выпустить из-под озера этот голод. Кто-то вертит тобой, как старой марионеткой, а ты слушаешься. Я хочу тебе помочь. Ты страж, ты должен вспомнить, в чем твое предназначение, иначе всему конец.
Что ты знаешь о моем предназначении, детеныш! Я устал, я устал, устал! Нет, я не отдам тебя ему, я выпью тебя сам! Иди сюда, эльфийское отродье! Мне нужны силы. Они мешают мне, тупой коротышка и она, остроухая шлюха. Она не поймала тебя, эта глупая ведьма, она всегда была слишком слабой, настолько же слабой, насколько заносчивой, и она не получила тебя, а я получу! Я чувствую, как она бьется там, цепляясь за свои цепи, конечно, ей не по плечу такая свобода, а я голоден, голоден!
Не надо. Чем больше ты гордишься своей свободой, тем короче твой поводок. Тебя поймали, страж. Вырвись, ты еще можешь.
Иди сюда, девочка. Вот так. Глупенький живой комочек. Вкусный, вкусный, вкусный… Теплый…
— Иефаааааа!
Стив подпрыгнул, ухватил полуэльфку за лодыжки и рванул в сторону, рыча от натуги. Тело барда качнулось в воздухе, мелко задрожали полупрозрачные, похожие на паутину, нити, связывавшие полуэльфку с призрачным человеком в латах. Голова девушки безвольно перекатилась с плеча на плечо и запрокинулась назад, открыв беззащитное горло.
— Сделайте что-нибудь! — прохрипел Стив, борясь с невидимой силой, рвущей тело девушки у него из рук. — Нитки обрубите! Зулин!
— Сейчас, сейчас…
— Нет! — закричал Ааронн. — Он пытается вытянуть из нее жизнь! Тащите! Тащите изо всех сил! Зулин, не смей! Если ты тронешь эти нити, она умрет! Тащите!
Она и так умрет, глупый коротышка, — прозвучал в голове Стива голос, от которого по спине холодной волной побежал озноб. — Она уже почти мертва, недомерок, она такая теплая, вкууууусная…Она еще трепыхается, но уже недолго осталось. Она сама захочет, еще чуть-чуть, и она сама захочет, и я ее выпью…
— Да пошел ты, засранец!!! — яростно взревел Стив, мощным пинком вышвырнул из своей головы голос и с удвоенной силой потянул Иефу вниз. Призрачная паутина завибрировала, по нитям пробежали, потрескивая, голубые искры. Призрак заволновался, потянулся к Стиву, пытаясь ухватить его за горло, и тут одна из нитей, тянувшаяся из левой ладони полуэльфки, лопнула. Иефа дернулась, взмахнула рукой и, не открывая глаз, начала слепо шарить в воздухе, словно искала опору. Ааронн перехватил покрепче колени полуэльфки одной рукой, а вторую вложил в раскрытую ладонь барда. Пальцы Иефы судорожно сжались, с такой силой, что побелели костяшки, эльфа перекосило от боли, а Стив почувствовал, что тащить стало легче.
— Она помогает! Помогает! — завопил дварф и дернул так, что у Иефы лопнула пряжка на ботинке. — Давай, Иефочка, покажи этому уроду! Ииии — раз! Иииии — раз!
Лопнула еще одна нить, призрак взвыл, и тут Иефа забилась и закричала, громко и страшно.
— Еще немного! — крикнул Ааронн. — Сразу на выход! И готовьтесь держать!
Призрачная паутина затрещала, вспыхнула и исчезла, Иефа рухнула на сопартийцев, все еще крича и вырываясь из рук. Стив с Ааронном потащили полуэльфку к пролому. Призрак издал вой, которому, пожалуй, позавидовала бы даже черноволосая эльфка, и потянулся за Иефой.
— Ты мне надоел! — гаркнул Зулин, швырнул в стража небольшой огневик (не причинив ему никакого вреда, но зато немало его удивив) и поспешно ретировался через пролом вслед за своими товарищами.
— Не хочу, не хочу, не хочуууу! — истошно орала Иефа, извиваясь в руках Стива и Ааронна.
— Воды, — приказал эльф. Зулин протянул проводнику флягу и отрешенно подумал о том, что либо зомби глухие, либо нисколько не любознательны. Лично он, Зулин, услышав такие вопли, обязательно пришел бы посмотреть, что происходит.
Иефа, будучи основательно полита водой, немного успокоилась и притихла, а еще через минуту открыла глаза. Взгляд у нее был, мягко сказать, ошалевший.
— Не хочу, — очень четко повторила полуэльфка и затряслась.
— Чего не хочешь-то? — проворчал Стив. Иефа перевела на него взгляд и вдруг резко села, схватившись за голову.
— Что, кружится? — спросил Ааронн. — Ты ударилась? Тошнит?
— Нет, — Иефа нащупала на голове платок и облегченно вздохнула. — Нет, все в порядке. В полном. Вроде бы.
— Так чего не хочешь-то? — повторил Стив, сам удивляясь своей настойчивости.
— На водоросли спать, — ответила полуэльфка и покраснела. — Умирать не хочу. Он оттуда не вылезет? — она повернулась к башне и поежилась. — Очень не хочется опять…
— Он-то оттуда не вылезет, — сварливо сказал Зулин, — а вот за каким демоном ты туда полезла…
— После всего… — растерянно пробормотала Иефа. — Ты же сам меня туда отправил! На переговоры. Я их провела… почти. Он очень злой и голодный, и помогать он нам не будет, потому что он совсем свихнулся. А этот, под озером, его кто-то разбудил, и он тоже свихнулся, но гораздо раньше. В общем, — полуэльфка заметно оживилась, — в общем, я не зря там болталась. Информация есть — неутешительная, правда, но есть. Значит, так: чокнутая эльфка еще не безнадежна, этот гад сказал, что она еще сопротивляется, но ей уже недолго осталось, так что нужно срочно где-то изыскивать камни. Зато в дварфской башне, вокруг которой толкутся зомби, засел очень бодрый и очень упрямый дварфский страж, который ужасно мешает процессу освобождения чма из-под озера. Следовательно, если кто и будет нам помогать, так это он. Но тут уж увольте — пусть с ним Стив разбирается, а с меня хватит.
— Нет, вы посмотрите на нее! — Зулин вскочил и в сердцах пнул свой рюкзак. — Сначала она лезет в одиночку к психованному привидению, а потом с невинным видом заявляет, что мы должны отправиться к другому психованному привидению, которое откапывают около сотни мертвяков! Как ты себе это представляешь, Иефа? «Простите, нам нужно поговорить с вашим призраком, пропустите нас, пожалуйста!»?!
— Я не понимаю, почему ты на меня кричишь, — надулась полуэльфка. — Причем кричишь, вместо того чтобы сказать «спасибо» и восхититься моим героизмом.
— Мы уже достаточно восхитились твоим героизмом, пока играли в перетягивание каната с этим психом!
— Да правда, чего орешь-то, — вмешался Стив. — Козявка дело говорит. Нужно придумать, как залезть в ту башню, пока не поздно.
— Никак в нее не залезть! Никак! — взвился Зулин. — Там больше сотни оживших трупов! Их нельзя купить, их нельзя напугать, их даже убить, как следует, нельзя!
— Их можно отвлечь, — подал голос Ааронн.
— Что? — опешил планар.
— Отвлечь, — невозмутимо повторил эльф. — Одно из «достоинств» ожившего трупа заключается в том, что все его реакции заторможены, то есть, от зомби довольно просто убежать, если вы понимаете, что я имею в виду.
— Не понимаю! — рявкнул Зулин и с размаху плюхнулся на землю.
— План примитивнейший: один из нас привлекает к себе внимание зомби и уводит их подальше от башни (если, конечно, мертвецы за ним погонятся), да, уводит их подальше от башни, потом уходит из их поля зрения и окружным путем возвращается к башне, где мы в это время изыскиваем возможность попасть внутрь. Пока зомби добредут обратно, мы сто раз успеем пообщаться с призраком и придумать, что делать дальше. Единственный недостаток этого плана в том, что одному из нас придется здорово побегать.