- Немцы сегодня и не будут веселиться. Фон Хансберг понес большие потери.
- Одна из причин в том, что он-то как раз не умел веселиться. У него не было много врагов, у него было мало друзей, поэтому ему и досталось самое опасное место. Мотайте на ус, молодой человек. Война это игра вроде шахмат, а мы в ней фигуры и пешки.
Усов у Максимилиана не было, но он задумался. Его всегда учили, что для рыцаря почётно умереть в бою, а отступать - не почётно. Что касается солдат, то какой смысл отступать при первых потерях? Ведь если не будет победы, то получится, что убитые солдаты погибли зря?
Днем позже состоялся военный совет. Командование собралось обсудить стратегию на ближайшее будущее. Для тех, кто не в курсе, стратегия это пожелание того, как должен действовать вероятный противник. Из непродолжительной беседы, стратеги пришли к выводу, что для противника наиболее логично в данной ситуации было бы достать где-нибудь подкрепление в пару тысяч пехоты или сотен пять конницы и как можно быстрее атаковать.
- Итак, господа, поле битвы за нами, противник отступил, есть предложение следовать за ним. Предположительно, они отступают в свой любимый город, закрывают ворота и с умным видом сидят там до тех пор, пока нам не надоест вести осаду, или пока им не придет помощь, правда не знаю, откуда она может прийти.
- Не так-то всё просто. Благодаря моим личным лазутчикам в лагере врага и почтовому голубю, мы знаем, что известный нам Бурмайер-младший, подающий большие надежды, написал некоей Шарлотте де Круа письмо, в котором назначает ей свидание в Швайнштадте. Как вы думаете, с чего бы он может там оказаться в то время, как их главные силы отступают на север?
- Простая загадка. Проиграв вчерашнюю битву, наши визави грустно вздохнули, достали свои тяжелые кошельки и послали гонца нанимать швейцарцев. На юг. При том, что сами отступают на север и тянут нас за собой. Если мы идем за ними, то оказываемся между двух огней. У Бурмайеров будет не меньше тысячи швейцарцев, даже если они не рискнут напасть первыми, нам придется держать против них около четырех тысяч, а лишних четырех тысяч у нас нет. Причём у них есть как минимум три дороги на выбор. У нас не хватит сил обеспечить безопасность тыла.
- Почему Швайнштадт? Это же не самый короткий путь. Я слышал, у младшего Бурмайера талант к военным наукам, а он ведет армию длинным путем, чтобы встретиться с девчонкой.
- Эээ, дружище, он все делает правильно. До этого, как рассказал Доменико, Бурмайер-младший пытался договориться с неким графом де Круа о свободном прохождении армии через город Швайнштадт, принадлежащий этому графу. Надо полагать, договорился.
- Может быть, он договорился и в Левенбурге? Через Левенбург будет ближе.
- Насчет Левенбурга я могу помочь. Благодаря моим добрым отношениям с покровителем Левенбурга, мы можем договориться, чтобы Левенбург швейцарцев не пропустил. Штурмом этот городок взять непросто, у Левенбурга хорошие стены и узкий длинный мост. Отправим туда надежного человека с письмом. Если не договорится по-хорошему, пусть предложит денег. Под мои гарантии. Но человек должен быть надежный.
- Отправим моего племянника Доменико ди Кассано.
- Я слышал о нем только как о турнирном бойце.
- Вот и будет повод услышать как о дипломате.
- Хорошо. Левенбург закрыли. Тогда самой короткой станет дорога на Швайнштадт. Я там никогда не был, но точно знал, что бурга со стенами там нет, а город стоит на восточном берегу горной реки и совершенно беззащитен с нашей стороны. Поэтому владелец города и горожане не должны бы были выступить против нас с оружием, с их стороны было бы более разумно разместить наш отряд у себя и взять за это справедливую плату.
- Но и с запада Швайнштадт защищен только рекой, а река сама по себе для швейцарцев не препятствие. Швейцарцев ожидается не менее тысячи. Если мы ослабим наши основные силы на целую тысячу, противник атакует всеми силами и победит за явным численным превосходством. А если никого туда не пошлем, то с помощью этих швейцарцев враги опять же побеждают.
- Нам надо просто выиграть время. Поэтому отправим туда меньший отряд, который придержит их на переправе сколько сможет. У нас каждый день на счету. Успеем собрать подкрепления и дать решающее сражение. Нам хватит даже двух-трех дней. Кроме того, на нашей стороне будут законы войны. Штурмующие несут в три раза большие потери, чем защищающиеся. Мы разменяем двести-триста своих солдат на шесть-девять сотен швейцарцев. Из ожидаемой тысячи. Думаю, Бурмайер должен сам это понять. Дикие швейцарцы могут себе позволить не дорожить своими жизнями, но Бурмайер вряд ли захочет привести своим в два раза меньшее подкрепление. Пусть все знают, что там небольшой гарнизон, который можно смять простой атакой, а потом окажется, что атакующим надо будет наводить переправу под огнем и брать штурмом город.