Ульяна давно себя не искала - у неё была четкая роль, жена и мать троих детей. На другое просто не было времени.
В таком режиме вечно заряженной батарейки она жила последние три года. Когда младшему Стасику было всего четыре месяца, её муж попал в серьезную аварию, средь бела дня в центре города. Ульяна только прилегла поспать с сыном в обед, чтобы хоть немного выспаться, как вдруг её жизнь перевернулась с ног на голову. Увидев мужа на больничной койке, обмотанного трубками, с поврежденной спиной и сломанной в нескольких местах ногой, она молилась только об одном - лишь бы её любимый выжил. Даже если он не будет ходить он всё равно будет её любимый Сашка.
Ульяна улыбнулась, вспомнив своего мужа, и тут же помрачнела, она так замоталась с детьми, а он с работой, что ни сил, ни времени побыть вдвоём не было.
- Во всех семьях так, Ульяночка, ты не исключение, - снова успокоила она себя. - Трудные времена пройдут, настанут лёгкие.
Надо срочно вылечить детей и сбагрить его родителям на выходные. Главное случайно не заделать ещё одного. Больше детей психика Ульяны и спина мужа просто не выдержат.
Между сыновьями на заднем сидении началась перепалка, не могли поделить планшет. Ульяна прикрикнула на них, затем дождалась красного светофора повернула голову, чтобы наорать погромче и замерла, увидев своего мужа.
В машине с другой женщиной.
***
Он улыбался так, как давно не улыбался ни ей, ни детям. Саша вообще был не очень-то улыбчивый - серьёзный, замкнутый, не слишком компанейский, не будь у него семерых двоюродных братьев, друзей бы у него не было вообще.
Только поддержка дружной семьи Громовых не дала Ульяне сломаться, пока её муж год провёл в больнице и вставал на ноги. После аварии он часто мучился от боли в спине, стоило ему перенапрячься, осталась лёгкая хромота, немного изменился характер. Саша стал ещё более хмурым и не разговорчивым. Но сейчас он казался как будто счастливее, чем за все годы их брака.
Ульяна смотрела на него, чуть приоткрыв рот и тяжело дыша, крики детей на заднем сиденье превратились в фоновый шум, в её ушах стучало только сердце, которое замерло, когда она увидела как по плечу её мужа скользнула женская рука. Саша заулыбался ещё шире, пока Ульяна от злости давила на тормоз изо всех сил.
Ей хотелось заорать, чтобы он её услышал, увидел, объяснился. Но вместо этого она молча задавала себе вопросы: «Кто это рядом с ним?», «Куда они едут?», «В отель или оттуда?», «Почему он такой счастливый?».
Загорелся зелёный светофор, машина её мужа уехала далеко вперёд, а Ульяна так и осталась стоять на месте, с тремя детьми за спиной. Ей стало трудно дышать, глаза застилали слёзы, она нажала на газ, рванув за удаляющейся машиной её мужа.
Ей казалось, что если сейчас она его не догонит, случится что-то страшное. Одной рукой, крутя руль, лавируя между потоками машин, она схватилась другой за телефон и набрала номер мужа, чтобы спросить: «Ты где?» и когда он скажет на работе, она въедет ему в задний бампер и крикнет: «Я тоже на твоей работе! Сюрприз!».
Ульяна нервно расхохоталась, кажется, она всё-таки слетела с катушек после трёх декретов, она слышала такое часто бывает.
***
Дети позади неё испуганно молчали, пока их мама сначала кричала в телефон, чтобы их папа взял трубку, а потом сотрясалась от рыданий и громко икала. В отличие от неё, они не видели ни папу, ни его улыбку, ни женщину, которая его трогала. Они видели только маму, которая странно себя вела. Первым решил поддержать маму своим рёвом Стасик, через минуту средний Владик, старший Ярослав изо всех сил старался не быть мямлей в глазах младших братьев. Он же старше, мамин помощник! Он перелез на переднее сиденье и обнял плачущую маму за плечо:
- Мам, мамочка, что с тобой? Что-то болит? Мам, мама?! Мамуль?! Папа снова в аварию попал?! МАМА! МАМА! Почему ты молчишь!
Он гладил её по волосам, целовал в мокрую щёку, Ульяна всё никак не могла справиться с самой собой, чтобы успокаивать ещё и ребёнка. За её спиной началась форменная детская истерика. Она заставила себя собраться в кучу и подняла голову, которая стала непомерно тяжёлой. Ярослав с красными от слёз глазами, всхлипывал, со страхом глядя на маму. Она погладила его по волосам, притянула к себе и поцеловала в лоб.
- Извини, милый, просто голова резко заболела, иди к братьям.
Ульяна вытерла слёзы, несколько раз глубоко вздохнула, сердце, что бешено металось в груди, как будто начало вставать на место. Ей бы выпить упокоительного, её всего лишь немного сорвало от нервного перенапряжения. Послеродовая депрессия, похоже, началась девять лет назад и ещё не закончилась.