— Здравствуйте, Диана Дмитриевна.
Мне только показалось, или в его голосе звучала явная издёвка?!
Он смотрел на меня совершенно спокойно, и по его глазам я не могла прочесть ни его отношения к моему визиту, ни его отношения ко мне: ничего. Стопроцентный барьер, уверенность в себе и... и чем больше я смотрела на него, тем больше понимала, что столкнулась с мужиком, невероятно напоминающим моего отца в плане умения опустить меня по полной программе и оставить за собой первый ход и последнее слово.
Разве что Шмелёв был моложе. Привлекательнее. И его я хотела.
Да мать твою, что со мной!
Я улыбнулась и шагнула к нему. Хочет сохранить неповторимый колорит нашей с ним первой встречи? Да запросто.
— Привет, Андрей.
Он не изменился в лице и на мгновение я засомневалась — а он вообще пробовал эмоции проявлять когда-либо? В руках я всё ещё сжимала этот клятый конверт с якобы документами, и мне вдруг показалось, что я прячусь за этой кипой никому не нужных бумаг. Защитный барьер — с точки зрения психологии.
В жизни ни от кого не пряталась, так какого…
Со мной творилась какая-то херня, и мне это совершенно не нравилось.
— Расскажете, зачем вы здесь? — Шмелев подошел к столу и опустился в кресло, сесть мне так и не предложил. — Потому как я теряюсь в догадках.
Снова сарказм, но от этого его голос менее сексуальным не становился. Вот теперь я разозлилась по-настоящему: на него, за то что провоцировал меня на подобное поведение, на себя — за то, что в его присутствии веду себя как последняя лохушка.
Цель визита? Сейчас я тебе назову цель визита. Ещё как назову.
Я демонстративно швырнула конверт ему на стол, перегнулась через бумаги, отодвигая в сторону его ноутбук, и поцеловала в губы. На этом моё сознание повело, как будто пол ушёл из-под ног, а вместо его кабинета мы оказались вдвоём вне пространства и времени. Такое уже где-то было, да?..
Кажется, уже одно его присутствие действовало на меня похлеще травы с алкоголем вместе взятых. Он не стал меня отталкивать, но на этот раз я не уловила даже малейшего замешательства с его стороны — Шмелёв просто отвечал на мой поцелуй, не предпринимая ни малейшей попытки ни остановить меня, ни перевести это в нечто большее.
Бля, о чём я всё-таки думаю, а?! Секса в кабинете у меня еще не было, и… всё закончилось столь же внезапно, как и в прошлый раз. Просто вместо его губ мои губы поймали холодный воздух, и, благодаря этому, я чуть не растянулась прямо поперёк его стола. Шмелёв откинулся на спинку кресла и под его взглядом я снова почувствовала себя ну очень некомофортно, гораздо более некомфортно, чем в тот самый первый раз на крыльце ресторана. Может, мой папочка давал ему тайные уроки?
— Мы друг друга поняли? — спокойно поинтересовался он. Если бы плюнул в рожу — наверное, я бы лучше себя почувствовала. Потому что такой дурой не ощущала себя давно.
Он наклонил голову, и мне на мгновение показалось, что в этом кресле сидит Астахов Дмитрий Семёнович собственной персоной, сделавший пластическую операцию. Следующие его слова укрепили мою уверенность в том, что этого человека я буду ненавидеть ничуть не меньше, чем отца.
— Вы потрудились приехать ко мне в офис, Диана Дмитриевна, — в голосе его звучало абсолютное равнодушие, даже сарказм вышел из чата, — и мне потребовалась всего пара минут, чтобы узнать всё, что мне интересно. Я надеюсь, что вы тоже в должной мере удовлетворили своё любопытство, потому что на вас у меня времени больше нет.
На вас. Времени больше нет. Две минуты?!
— Любопытство?! — процедила я. — Не льстите себе, я просто хотела проверить, какого хрена меня на вас потянуло.
— Не забудьте свои ценные бумаги, — произнёс он мне в спину, а я испытывала такое безумное желание врезать по этой непроницаемой, самоуверенной, но этого не менее красивой физиономии, что руки сводило.