И только тогда он услышал тяжелое свистящее дыхание — свое собственное, и судорожные частые всхлипы серва.
— Иди к себе, — сказал Рен. — Стой, нет. Сначала умойся внизу. Потом иди к себе, намажь синяки бактой и можешь отдыхать до завтра.
«Надеюсь, я ей ничего не сломал», — запоздало подумал он. Не хотелось бы платить штраф.
Мысли о серве тут же улетучились из его головы. Кайло направился в спальню, чувствуя, что им с Фазмой предстоит тяжелая ночка.
***
Ночью Фазма ушла куда-то. Кайло проснулся, когда она выходила, и даже, кажется, спросил у нее что-то бессвязно, но сон снова сморил его. Во сне Кайло искал адвоката, и никак не мог найти — его личный куда-то пропал, а прочие не желали браться за заведомо безнадежное дело. Но Кайло-то знал, что выход есть, просто нужно искать…
Он проснулся с тяжелой головой и, не глядя, запустил пищащий будильник в стену. Постель рядом с ним была холодной.
Умывшись и одевшись, он спустился вниз, и нашел жену на кухне. Она пила крепкий кофе, но, к счастью, не курила. Судя по запаху, в кофе щедро плеснули виски, но Кайло уже был рад, что это не поганый запах табака. Он опустился на стул рядом с женой и пытливо посмотрел на нее.
— Доброе утро.
— Тебе повезло, — заметила Фазма, не ответив на приветствие. — Наш бравый детектив сегодня под утро попал в серьезную аварию, предположительно заснул за рулем после смены.
— Какая… жалость? — вопросительно заметил Кайло. — Неужели ничего не указывало на то, что детективу помогли?
— Нет, — Фазма покачала головой. — Просто заснул. Несчастный случай. Бывает. Если выкарабкается, впредь будет поумнее.
Кайло кивнул, но глаз не сводил с Фазмы, ожидая продолжения.
— Это немного притормозит начатое расследование, — добавила Фазма. — И если ты так и не созрел подружиться с начальником управления, пора задуматься.
— У них ничего нет кроме наших с ним разговоров, — ответил Кайло. — Документы сгорели, компьютеры тоже, моим ребятам они почти ничего не могут предъявить, они оформлены как складские рабочие и в один голос говорят, что понятия не имеют, что именно загружали-разгружали. Сумеем справиться, не заводя новых знакомств. Так что с Дэмероном?
— Арми всегда был хорош в ядах, — сказала Фазма. — А я — в том, чтобы подобраться поближе. Мы же с ним друзья, помнишь?
— Я теперь трижды подумаю, прежде чем ссориться с ним, — Кайло хмыкнул.
— Лучше трижды думай перед тем, как тащить к себе под крылышко всякую шваль, — холодно заметила Фазма. — Они не успокоятся.
— Я знаю, — Кайло вздохнул. — Придется ненадолго залечь на дно… Господи, что бы я без тебя делал, — Рен положил свою ладонь поверх ее и осторожно сжал.
— Сел бы уже, — с легкой ехидцей в голосе ответила жена.
— Спасибо.
— Мы же семья. Это нормально.
— Не в каждой семье, — Кайло хмыкнул.
Они помолчали. Темнота за окнами медленно отступала, уже погасили фонари на дороге. Фазма одним глотком допила кофе и встала, чтобы поставить чашку в мойку.
— Я заметила, что внешность нашего торшера слегка изменилась, — уронила она. — Ничего не хочешь мне рассказать?
— Я разнервничался, — признался Кайло. — Не знал, как стравить пар.
— Бедный, бедный Кайло, — Фазма подошла к нему сзади и крепко обняла. — Так бы и сказал, что груша в подвале тебя уже не устраивает, и вместе торшера мы бы заказали спарринг-партнера.
— Не беспокойся об этом, — Кайло мотнул головой.
— Уже. Лишь бы в фирме не узнали, — ответила Фазма.
— Тебе ее не жаль? — осторожно спросил Кайло.
— Как сказать. Это последствия ее выбора. Только идиот будет считать, что декоративных сервов берут исключительно ради постоять, — Фазма пожала плечами и уложила свой подбородок на плечо Кайло. — Ей с нами еще повезло.
Комментарий к Часть 9
Всё, где-то здесь этот сюжет вздохнул и покинул повествование - по крайней мере пока. Я тоже вздохнула, потому что история злоключений мистера Рена меня волновала меньше, чем его отношения с балериной. А еще мне хочется закончить эту историю побыстрее.
ЧВК - частная военная компания.
========== Часть 10 ==========
«Закрой глаза, Рей».
Остатки бакты Рей пустила на то, чтобы залечить синяки, оставленные Реном. Она удивилась сама себе, но ее обрадовало, что он больше не пытался дрочить ею. Даже эти бессмысленные удары были не так страшны, как извращенный интерес к ее безвольности.
Бакта помогла, но следы кровоподтеков все еще были видны. Приказа нанести пудру не поступало, и Рей оставила все как есть. Она не знала, заметил ли кто-нибудь это, обратил ли внимание. В последнее время дом Ренов был тих. Что-то явно происходило, но Рей это могло коснуться лишь в одном случае — если мистер Рен опять решит сорвать на ней гнев.
«Закрой глаза, Рей, — сказала ей Маленькая Рей. — Так будет легче».
У Рей не было календаря, и она стала выцарапывать шпилькой черточки на внутренней стороне ящика, в котором она сюда прибыла — по одной на каждый день. Черточек было уже много, но не так много, как ей хотелось бы. До конца контракта оставался еще месяц — но вдруг они решат продлить его?
«Больше чем на год все равно не получится», — попыталась успокоить себя Рей.
«Но что может произойти за год?»
Дом молчал. Даже экономка, обычно распевавшая по утрам песни, теперь просто быстро делала свою работу, не отвлекаясь ни на что другое. Миссис Рен вернулась гораздо раньше обычного, но мыслями была где-то далеко. Идя через гостиную, она остановилась, будто впервые поняла, что Рей тут, и приказала ей:
— Иди в свою комнату, и находись там, пока тебя не позовут.
Рей выполнила приказ. Ее разрывало от противоречий: комната была ее убежищем, но, в то же время, это было то место, где Рен мог делать с ней все, что заблагорассудится. Она могла прятаться тут от чужих взглядов, пока хозяин на работе, но стоило ему приехать домой, больше всего Рей хотелось оказаться под бдительным оком камер в безопасности.
Жаль, что в окно не было видно подъездной дорожки. Тогда бы Рей могла узнавать, когда Рен прибывает домой.
И когда дверь открылась, пропуская хозяина внутрь, Рей почувствовала, что странное онемение растекается внутри, блокируя эмоциональные центры. Она превращалась во что-то неживое, что-то, что могло легко пережить боль, удары и унижения.
— Привет, — мягко сказал Рен. — Как ты себя чувствуешь?
— Нормально, — ответила Рей.
— Дай мне посмотреть на тебя, — Рен подошел и подцепил пальцем ее подбородок, внимательно осматривая следы синяков. — Нехорошо…
Он мягко провел по тому месту, где был самый крупный кровоподтек.
— Если будет нужна еще бакта, скажи мне.
— Нет, спасибо, — ответила Рей.
Рен погладил ее по щеке.
— Вечером, когда все уснут, будь тут. Жди меня.
Наклонившись, Рен мягко поцеловал ее в лоб и вышел, оставив Рей в состоянии заторможенной растерянности. Страх вновь накатил на нее, ослабленный действием сыворотки, далекий, но реальный. Рей посмотрела в окно: солнце уже склонялось к закату. Осень, темнеет быстро. До вечера осталось совсем немного.
Постепенно разноцветное сияние окна угасло, и снаружи начала сочиться вечерняя темнота. Автоматически зажегся ночник. Рей стояла, не шевелясь, прислушиваясь ко звукам внизу: приглушенный шум дома, смех ребенка, шаги. Постепенно этот шум начал стихать, а темноту снаружи слегка рассеяли включившиеся фонари.
Наконец дом затих. Страх стиснул Рей сильнее, мешая ей дышать. Мысли двигались по кругу: сейчас он придет, и снова начнется. Он будет ее бить или заставлять делать что-нибудь отвратительное. Сейчас он придет, и снова начнется.