Натянула чистые джинсы, свежую белоснежную рубашку, спустилась вниз, приготовила еду и, к своему удивлению, обнаружила, что думает: какую пищу сейчас поглощает ее сосед? И тут же выругала себя: да почему, вообще говоря, ее заботит, чем этот поросенок набивает себе брюхо? «Лучше вытирай-ка посуду и размышляй о своем саде!» – велела она себе. Захлопнулась задняя дверь в его доме, шаги по гравийной дорожке, приближаются сюда… Сердце ее забилось в сумасшедшем ритме, и она повернулась спиной к кухонному окну – как раз пора положить вилки в ящик шкафчика.
В дверь постучали… вполне как будто мирно, дружелюбно… Но она уже не раз обманывалась и на всякий случай репетировала суровую отповедь – пусть только он раскроет рот… И все же оказалась совсем не подготовленной к тому, что произошло дальше. Дверь отворилась – показался Хантер с бутылкой вина в руке. Пернел замерла и не успела произнести ни слова из наскоро выученной пылкой речи.
– Вы не хотели бы показать мне, как оклеили комнаты?
У нее прямо-таки челюсть отвисла. Не так давно они просто рычали друг на друга! И вот он является, да еще и, похоже, поддразнивает ее! Она, кажется, не в состоянии удержаться от смеха, хотя преисполнена сознанием – необходимо изо всех сил сохранять серьезность.
– Но ведь вы уже все видели!
От нее не ускользнуло, что Хантер заметил ее потуги не рассмеяться. Ну да, она имеет в виду тот день, совсем недавно, в прошлый четверг, когда были готовы только две комнаты. Он забрался к ней по лестнице и спустился в гостиную. А сейчас, безошибочно определив ход ее мысли, заранее предупредил:
– Прошу простить, но, как правило, спальня – последняя комната, куда я вхожу.
Пока она судорожно подбирала достойный, остроумный ответ на подобное заявление, он осведомился:
– Вы кого-нибудь ждете?
У нее вертелись на языке два варианта ответа, но он явно предлагает мировую после их утренней стычки…
– Входите, – пригласила она и достала из шкафа два бокала.
Сидели в гостиной, пили вино, и Хантер признал: на него произвело большое впечатление, какую работу она выполнила – одна, без чьей-либо помощи.
– Сначала я не воспринимал всерьез то, что вы собирались сделать, – мягко произнес он.
Во всем его облике ей виделось столько обаяния, что она сама стала подыскивать извинения для его утренних подвигов.
– Вполне естественно, что после трудной недели вам хотелось покоя и отдыха здесь, в этом уединенном уголке.
– Ну, вы уж слишком меня защищаете! – улыбнулся Хантер.
Боже, как он мил, как привлекателен! Ах, вот в чем истинная причина его визита – просит оказать ему услугу, вот и все. На следующей неделе ждет посылки, не получит ли ее Пернел в его отсутствие? Да-да, конечно же, получит. Но… почему бы не распорядиться, если это так важно, чтобы ему адресовали на лондонскую квартиру? Хотя, может быть, именно это почтовое отправление должно прийти сюда, в Миртл-коттедж? На том Пернел и порешила.
Вообще в этот вечер она сделала несколько открытий. Во многих отношениях вкусы их сходятся. А если они иногда и спорят, то это не обязательно должно переходить в ссору. Когда он наконец встал и заявил: «Не желаю больше вам надоедать», она почувствовала – не хочется отпускать его. Однако не удерживать же… Любезно проводив его до двери и бросив взгляд на часы, Пернел поразилась – как незаметно пробежали полтора часа.
– Вы ведь и кухню привели в порядок? – на ходу бросил он и, неожиданно обернувшись, заметил удивленную улыбку на ее лице.
– Вы… вы же слыхали, как я стучала… даже позвонили мне в воскресенье утром… – рассмеялась Пернел.
Он перевел взгляд с ее губ на большие карие глаза.
– Разве я не говорил вам уже, что вы неисправимы?
– Возможно, – лукаво промолвила Пернел, и сердце ее радостно забилось, когда она увидела и на его лице улыбку.
Но веселость ее сразу исчезла, как только он вдруг стал серьезным, взял ее за руки, а голова склонилась к ее голове. Пернел вся напряглась, – вчерашние события, что ли, до сих пор действуют? Но Хантер внезапно отпустил ее и, поглядев ей прямо в глаза, пробормотал:
– Спокойной ночи, Пернел Ричардс.
– Спокойной ночи, – сдавленно откликнулась Пернел и покорно позволила ему мягко, нежно прикоснуться к своим губам.
Долго она еще стояла, не сходя с места, даже услышав стук закрывающейся двери его дома. Потом медленно поднялась на второй этаж и улеглась в постель. Воспоминания об удивительных открытиях прошедшего вечера долго не покидали ее… нет, все это вовсе не игра ее воображения. И самое главное, потрясающее открытие – она влюбилась в Хантера Тримейна!