– Слава Богу! – затем чуть отошел. – Ты не ранена?
– Только испугалась. Я… все хорошо. Отпустив ее, он подбежал к разбитому окну и выглянул. Внизу незнакомец уже перелезал через шаткую загородку. Дункан и Робертс смотрели, как самозваный полицейский перепрыгнул в соседний сад.
– Черт! – отчаянно воскликнул Дункан. – Подонок был почти в наших руках!
58
Полиция буквально наводнила дом. От подвала до крыши криминалисты не оставили ни пылинки в поисках отпечатков.
– На всякий случай, – бубнил Фред Кочина, в реальности не надеясь найти хоть один, особенно после того, как Билли сказала, что он был в резиновых перчатках. Но никогда нельзя сказать наверняка. Может, он даже оставил случайную улику. Люди с психическими отклонениями непредсказуемы.
– Ты всех достал, босс, – заметила Кармен Толедо.
– Этот тип слишком хитер.
– Да, но сейчас я готов и луну проверить, если надо. Пошли, посмотрим, как идут дела у свидетелей и что получается у художника. А потом – перерыв.
– Угу, так я и поверила, – буркнула Кармен.
Билли Дон казалось, что все вокруг нее происходит в каком-то замедленном темпе, как в вязком тумане. Дункан хотел дать ей успокоительное, но она и слышать не хотела о таблетках.
– Нет, со мной все в порядке. А вот Эрмина… – И, прижавшись к нему, она опять заплакала.
Затем молча смотрела, как выносят тело. Вскоре Фред Кочина и Кармен Толедо сказали, что должен подойти художник-криминалист.
– Художник?
– Зачем? – безжизненным голосом спросила Билли.
– Чтобы мы знали, как выглядит этот ублюдок, – объяснил детектив.
Нервно потирая руки, она покачала головой и печально взглянула на Кочину.
– Это бесполезно. Это… все произошло так быстро и…
– И что? – мягко продолжил Кочина.
– Он не выглядел как человек! – Подняв лицо, она какое-то время молча глядела на него. – Нет, конечно, у него была человеческая внешность, но… никаких отличительных особенностей. Он почти… – Подняв брови и задумавшись, она как бы кивнула в подтверждение своим мыслям. – То, как он выглядел, как будто лишало его всякой внешности.
Кочина и Кармен быстро переглянулись.
– И все-таки попробуйте, пожалуйста, – настаивала Кармен Толедо. – Очень часто свидетели сами не понимают, как много они успели заметить.
И она старалась помочь. Она должна сделать все возможное, чтобы помочь им поймать маньяка, разгуливающего на свободе.
Круглая голова.
Сплюснутая с боков голова.
Квадратная.
Вытянутая.
Сколько же существует форм голов?
Длинный нос.
Короткий.
Широкий.
Костлявый.
Плоский нос.
Один нос сливался с другим; следующее лицо было похоже на предыдущее.
В глазах все расплывалось. Взглянув на один из последних коллажей, Билли в отчаянии покачала головой и вздохнула.
– Бесполезно. Это лицо похоже, но… но в том-то и дело, неужели вы не понимаете? Так может выглядеть почти любой белый. Я очень сожалею. Правда. – Ей хотелось расплакаться.
Дункан обнял ее за плечи.
– Успокойся. Давай я уложу тебя и дам снотворное.
– Есть еще одна небольшая деталь, – откашлялся Кочина.
Дункан метнул на него сердитый взгляд.
– Пожалуйста! Не много ли для нее за один день? Но Кочина и бровью не повел.
– Это не займет много времени. Я вот о чем подумал. Вероятно, существует один способ, с помощью которого мы в конце концов сможем выследить мерзавца.
Все посмотрели на него.
Лицо Билли напряглось и приняло решительное выражение.
– Какой?
Кочина поставил стул напротив дивана и объяснил.
– Нет! – возмущенно воскликнул Дункан. – К черту! Я отказываюсь дать разрешение на то, чтобы Билли использовали как приманку. И это все!
– Инстинкт подсказывает мне, что он сделает новую попытку, – мрачно возразил Кочина, откинувшись на спинку и засовывая руки в карманы.
Дункан холодно посмотрел на него.
– Вы уже слышали. Я ясно сказал – к чер-ту.
– Пожалуйста, доктор Купер. Я знаю, это нелегко, но…
– Да перестаньте, черт возьми! – взорвался Дункан.
Просто невероятно! Да как они смеют! Они что, за дурака его считают? Он никогда не позволит, чтобы из Билли сделали какую-то морковку, которой заманивают кролика, особенно если этот кролик – псих, маньяк!
Неужели они не понимают? Билли Дон – его любовь, его жизнь, он должен ее защищать и беречь. И, если этот маньяк доберется до нее, у него ничего не останется, только одни воспоминания.
А одних воспоминаний ему мало.
Им придется пригласить кого-нибудь другого. Кто прошел тренировку для этого. Может быть, женщину-полицейского.
– Послушайте, доктор Купер, – сказал Кочина своим самым убедительным тоном, – неужели вы хотите, чтобы этот маньяк, который был здесь, в вашем доме, и который охотится на самого дорогого для…
Начав так, он допустил ошибку.
– Господи Иисусе! – завопил Дункан, вскакивая на ноги. – Вы что, не понимаете, чего вы от нее требуете?
Кочина устало посмотрел на него.
– К сожалению, понимаю, доктор Купер. А также, к сожалению, я отдаю себе отчет в том, с кем мы столкнулись. Нам нужна ваша помощь. Если бы у нас был выбор, мы бы не просили, поверьте мне.
– Можно и попросить, – язвительно заметил Дункан. – Но только вы уже получили ответ. – Кипя от негодования, он с размаху опустился на диван.
Но Кочина был известен тем, что никогда не отступал. Он продолжал смотреть на Дункана и, выждав паузу, спросил:
– Ну так как?
Дункан взял недопитый стакан и сделал глоток.
– Вы мерзавец, – спокойно произнес он. Но для Кочины это было как об стенку горох. Дункан внимательно изучал его лицо.
– Но почему она? Почему именно Билли? Тот тяжело вздохнул.
– Потому что, доктор Купер, мы знаем, что он охотится за ней.
Дункан допил стакан.
– Пусть он охотится за кем-нибудь еще.
– Мы будем охранять ее круглосуточно.
– И вы думаете, что от этого мы будем спать спокойнее? – невесело хохотнул Дункан.
Билли взяла его за руку.
– Док…
Повернувшись, он нежно коснулся ее лица.
– Билли, я не позволю им. Я не позволю им использовать тебя.
– Дорогой, пожалуйста, послушай, что он говорит! Если мы не поможем поймать его, он… он все равно придет опять. Понимаешь? Мы ДОЛЖНЫ помочь поймать его. Если не ради кого-то еще, то ради меня.
Ее глаза с отчаянием и мольбой глядели на него.
Слишком ошеломленный, чтобы опять спорить, он просто сидел, не говоря ни слова. Билли, даже находясь в таком состоянии, безошибочно выразила то, что ему не приходило в голову. Вероятно, он уже не может рассуждать здраво. Если бы он просто спокойно подумал, то наверняка бы уже сам все понял. И уже давно.
И он окаменел от этой мысли. Моя Билли. Моя чудная Билли. За ней будут следовать и охранять днем и ночью. Пока это чудовище снова не обнаружит себя. А когда-нибудь он снова появится. Должен появиться.
У него осталось незаконченное дело.
Незаконченное дело, которое зовут Билли Дон.
О, Господи!
Я этого не вынесу!
Но это должно быть сделано.
Тот же город, то же время
ВТОРЫМ ПЛАНОМ: МИСС КРОВЬ
Казалось, что лица жертв, приколотые к болванкам для париков, смеются над ним. Неудача! Провал!
Мисс Кровь, нервно расхаживая по комнате, рвал на себе волосы и кожа на голове уже горела огнем. Он тяжело дышал, в глазах застыли слезы отчаяния. Сорвалось! И как раз в тот момент, когда все складывалось так удачно; он уже держал ее, драгоценную добычу буквально вырвали у него из рук.
Он слышал взрывы смеха, а это было невыносимо. Пытаясь заглушить этот раздирающий смех, он захлопал в ладоши, но волны смеха то стихали, то вновь становились громче.
– Заткнитесь! Все заткнитесь! – не помня себя заорал он.
Он резко повернулся, и смех тут же прекратился. На него смотрели молчаливые лица его жертв.
Схватив нож и угрожающе вытянув его перед собой, он медленно подошел к стойке с париками.