— Вижу… Красивую фигуру.
— Ещё, ещё!
— Грудь…
— Какие соски?
— Розовые.
— Торчат?
— Ну… Наверное.
— Хотел бы их пососать, провести языком по ореолу, прикусить для остроты ощущений?
— Наверное…
Артэ схватил его за подбородок и потряс.
— Чё ты как трёхлетний?! Ну! Разбуди в себе мужика! У тебя яйца-то вообще есть? — Хлестнул Хавьера по ляжке изнутри, тот дёрнулся. — Как тебе её животик? Классный? Как островок среди моря, на котором хочется отдохнуть, да? Хочется разрядиться на него? — Хавьер с этих слов хихикнул. — А ниже животика дырочки. Для тебя. Природа спецом создала в бабе дырки, чтобы ты в них всякие предметы засовывал. Ну, что хочешь засунуть?
Маура напряглась.
— Ну… Член хочу, — невнятно произнёс парень.
— Член хочу, — передразнил Артэ. — Если твой корешок не коснётся пуза через три минуты, я тебе его подрежу из-за ненадобности!
Он встал и достал нож с зазубренным лезвием. Маура не шевельнулась, а Хавьер замер взглядом на Талегро.
— Думаешь я шучу? — сказал Артэ спокойно. Но тут же проорал: — Я не шучу!
Он наклонил нож горизонтально и потыкал им в сторону парня. Маура бросилась к Хавьеру.
— Давай, сладкий! — Почти насильно принялась стягивать с него штаны и трусы. — Я помогу, Артэ, не нервируй парнишку ещё больше.
— Давайте, голубки, — ухмыльнулся Талегро, — я посмотрю. Время пошло.
Он встал к комоду, держа нож поднятым, и принялся наблюдать, с каким рвением блёстка докапывается до скукоженного члена Хавьера, как торопливо берёт его в рот, как старательно посасывает, а парень удивлённо смотрит на неё.
— Две минуты, — оповестил Талегро.
Он опустил нож, потому что немного опьянел и начал возбуждаться. Давно он так не веселился, давненько никого не запугивал. Последний раз неделю назад — невесту и выб*ядка Лионола.
Маура добилась результата только наполовину: увеличила член Хавьера, но он стоял только под сорок градусов к животу.
— Помогай мне, сладкий, — попросила она, утерев слюни и вскинув реснички на лицо парня. — Может, хочешь пальчик в попку?
— Нет! — воскликнул Хавьер, будто опомнившись. — Делай то, что делала, меня возбуждает.
Он покосился на Артэ.
— Минута, голубки. Хавьер уже не девочка, но всё ещё не мужик в моих глазах! Член должен смотреть глазом в небо, — скользнул рукой вверх и вскинул голову, — на самого боженьку! Хе-хе. Железный стояк — это для избранных!
Блёстка и яйца парню сжимала, и сосала их, и заглатывала член поглубже, и обрабатывала языком головку, пробовала даже между грудями, даже шептала грязные фразочки, но член сильнее не поднимался. Маура хотела спасти парня от кастрации, но почти отчаялась. Страх увидеть кровь и присутствовать при резне отвлекал от процесса, вынуждал продумывать пути бегства.
— Десять, девять, — начал отсчитывать Артэ.
Маура активнее заработала ртом, Хавьер сдавленно задышал, вены на руках вздулись.
— Пять, четыре…
Талегро рванул к парочке, оттолкнул шлюху, схватил Хавьера за член. Тот открыл рот, выпучил глаза от беспомощности и ужаса.
— Нет, Артэ, не надо! — завизжала девушка.
— Не мужик ты, Хавьер! — осклабился Талегро и медленно подвёл нож к основанию его члена. — Щас полегчаешь на несколько грамм…
— Не! Не! — нервно всхлипывал парень, приподнявшись, пытаясь отползти.
Как только холодная сталь коснулась его горячей плоти, он последний раз вскрикнул. Талегро расхохотался и повалился на пол. Воспользовавшись моментом, Хавьер натянул штаны, а Маура прикрылась подушкой.
Скоро Артэ успокоился, устроился на полу полулёжа и, поигрывая ножом, сказал:
— Здорово я вас. Вы как овечки перед убоем. Видели бы свои лица! Глазки напуганные. Прям пи*дец. Какие же вы мямли… — Сглотнул и сосредоточился на ноже. — Знаешь, приятель, перед смертью бывает стояк. Жизнь напоследок даёт порцию удовольствия. Типа говорит: вот что ты сейчас потеряешь. На тебя мой трюк не подействовал, и я разочарован. Но это ничего. Вы порадуете меня другим. Принимайтесь трахаться. Я посмотрю. Ну же.
Хавьер с растерянностью глянул на Мауру, а она на него. Талегро провёл взглядом от девушки до парня.