— Да, да… — с придыханием ответил Хавьер, даже не открыв глаза.
Артэ отправился за ромом и снова встал у комода. На нём не было ничего, кроме тату, браслетов и пластыря. Свет луны через окно стальным блеском украшал его рельефное тело. Маура задержалась на нём взглядом и подумала, что для сумасшедшего Талегро очень красив и статен. И размышляет он не как безумец. Ведёт себя как псих, но не глуп. Она ошибалась вначале, и девочки-напарницы ошибались, представляя Артэ Талегро — какого-то там военного — как недоразвитого.
Артэ отпил ром из бутылки, всё ещё смотря на луну, и девушка оценивала его красивую позу практически бога. Одна рука отведена назад, пальцы хоть и в ссадинах, но красивые, не то, что у Хавьера — рабочие обрубки; грудь выпирает, живот подёргивается от глотков, как и широкая шея с сильно выступающим кадыком. Скулы мощные, обрамлённые бородкой, нос с широкими ноздрями, крючковатый, но не портит профиль. Брови грозно изломлены, рассечены шрамами. Выбритый висок, серьга в ухе, чёрные блестящие волосы в дерзком коротком ирокезе. Дикий взгляд… Глубокий, засасывающий. Вторая рука с бутылкой поднята, бицепс напряжён. Всё тело Талегро было с изгибами, в чёрных узорах и шрамах — древняя скала, хранящая опыт и загадки прошлого. Маура опустилась к члену. Губы её непроизвольно сжались в колечко, пересиливая улыбку, глаза вожделенно прищурились. Член Артэ был невероятен! Красивый, длинный, полувозбуждённый. Яички не болтались, а плотно к нему крепились. Волосы кучерявились только на лобке, остальное побрито. Внизу живота татуировки двух ножей и пистолета стволом вниз. Маура представила, как Артэ заинтересовался ей и без извращённых намерений решил удовлетворить своим произведением природы. Какое наслаждение она бы тогда испытала? Как бы ощущался его член внутри неё? Стимулировал бы ту самую точку "G"? Она прикрыла глаза и вместо неумехи Хавьера представила настоящего альфача.
Наполненные презервативы небольшой кучкой лежали возле кровати. Хавьер решил передохнуть и нагнать в выпивке опьяневшего Талегро. Тот не собирался прикрываться и гордился наготой, иногда подмигивал отдыхающей на постели Мауре или делал пошлое движение, связанное с членом. Она кокетливо закатывала глаза и отворачивала лицо, начиная гладить самые горячие свои места.
— Почему ты мне помог в драке? — спросил Артэ Хавьера.
Тот помолчал и даже опустил голову.
— Услышал твою речь к ребятам и подумал, что ты… правильные мысли говоришь.
Артэ скривился на одну сторону, прищурив глаз.
— Я считаю сына подарком настоящего мужика, да, а те мудланы хотели избавиться от семей.
— Я не про них. Про твоих ребят. Запись… Ты обращался к ним через мобилу.
— А-а-а! Подслушивал, засранец. — Талегро облизал с губ жгучий ром, расфокусировано посмотрел поверх головы парня. — Я за справедливость и порядок. Мне приходится бороться на нескольких фронтах, я пытаюсь во всех этих войнах не потерять себя. А дерьмо валится и валится! Прикройте кто-нибудь эту ё**ную трубу! — Вскинул свободную руку и рассмеялся. — В мирной безопасной жизни свои проблемы. Вот, например, мой переезд. Столько нюансов! Не моё место! Тут не наследи, тут сделай правильно, поменяй тут и тут, заткни гордость в жопу, а ненависть в глотку.
— Я тоже переезжал много-много раз, в этом мы с тобой похожи, — пробубнил Хавьер. — Ищу себя, следую за мечтой. Я хочу работать на тебя и разделять твои убеждения. Они мне близки, это я понял по твоей речи. Справедливость — это по мне!
Он впервые за всё время улыбнулся. Талегро закинул руку ему на шею и сказал:
— Недавно я понял, амиго, что справедливость у каждого своя, как и истина. И если твоя справедливость не сильнее чужой, ты утыкаешься носом в жопу, и начинаются проблемы. Требуется нечто большее, чем справедливость. И не она спасёт тебя от смерти, не она…
— Очень глубоко, Арт! — восхитился Хавьер.
Талегро потряс его и притянул ухом к своим губам.
— Поставь два стула лицом к окну, — прошептал, — садись на один, а я сяду на другой. Передай Мауре, что я готов развлекаться. Она стала смотреть с интересом, и я всё понял. Пусть подходит. Она твоя, а я лишь немного подразню эту шлюшку.