- Пора улетать! – сказала строго.
Собирая рюкзачок, кладя в него нож, вспоминала события, которые произошли в отеле «Гратис». Она сделала вывод: ничего хорошего, кроме парочки оргазмов и морского тёплого ветра тут не случалось, сплошные мучения, опасения за собственную жизнь, поганая вонь и брань наасвегеров, скука и разочарования.
- У-ле-та-ю! – отчеканила Юма, чтобы взбодрить себя, свою душу, трепещущую от неизвестности.
Она засунула в пакет два платья – подарки от жениха, и со вздохом встала в центре номера. В окне, в которое она смотрела сотни часов, блестело море и песок, качались на ветру иссушенные листья пальм, светило безразличное солнце. По дороге вдали ездили шумные автомобили, над холмами слева и справа поднимались столбы чёрного дыма, летали эха взрывов и выстрелов.
- Остров в войне… Мой дом, моя родина. Прости! Я вынуждена бежать!
Но она хотела бы стоять так вечно, чтобы ничего не менялось, чтобы не пришлось принимать судьбоносное решение.
Дверь номера приоткрылась, и голос Ленни оповестил:
- Пора.
Юма вытерла глаза и развернулась. Она посмотрела на своего проводника в новую жизнь — он показался ей особенным, магическим. Юма осторожно, грустно и с надеждой улыбнулась.
- Пора.
Когда они спускались по лестнице, на неё, словно вороньё, снова налетели воспоминания. Сердце на это ответило боем, ноги стали подкашиваться, опускаясь на ступеньки. «Не вздумай повернуть назад! Взяла себя в руки, быстро!» Юма сжала челюсти и, отставая от Ленни, продолжила спускаться. В холле, среди наасвегеров, которые косились на сбегающую парочку, паника набросилась на девушку огромной чёрной птицей и принялась клевать в грудь, стегать по телу крыльями. Юма открыла рот в беззвучном крике и, развернувшись, ломанулась куда глаза глядят, прочь от выхода и будущего. В ушах гремели барабаны, а перед глазами расплывались стены, двери, лампы. Юма не понимала, куда бежит и куда хочет прибежать, она просто не хотела быть там, с Ленни. Её схватили сразу несколько рук, повалили на пол. Юма в панике металась взглядом между напряжённым лицом Ленни и потными обросшими лицами наасвегеров, тащащих её в холл, а потом и на выход.
- Ленни, - только смогла произнести девушка, как сразу же наткнулась на слова:
- Чего вытворяешь? Приди в себя! Или хочешь остаться?
Юма вдруг так сильно испугалась этого варианта, что затормозила, а потом выкрикнула:
- Всё, оставьте меня, я пойду сама!
Руки отцепили её, и она пошагала к стеклянным дверям «Гратиса», за которыми жарились на белом солнце солдаты Нааса Лартегуа – врага республики номер один и её будущего мужа.
Молча, она и Ленни сели в машину, поехали по плавящейся дороге сквозь тропические заросли. Скоро во всей красе распахнулось море. Юма снова вспомнила прошлое, как отец вёз её в своём хламоджипе домой – её и голову Лионола, как она тогда думала. Юма вдруг расхохоталась, Ленни покосился на неё.
- Не день, а череда флэшбеков! — Девушка давилась смехом. Странные непонятные слёзы брызнули из её глаз. – Отец здорово меня провёл! С этого всё и началось! Представляешь, представляешь?! Я думала, он скормил моего тогдашнего парня своим псам! У меня вообще обман на обмане, шишка на шишке!
Юма в истерике таращилась на попутчика, в хохоте широко раскрывала рот, кинулась плечом на спинку переднего сиденья, откинулась назад. Ленни вдруг скомандовал:
- Останови!
Водила зарулил на обочину и остановился. Парень вышел, обошёл тачку, открыл дверь и за руку вытащил девушку на воздух. Она продолжала хохотать.
- Слушай меня, - рявкнул Ленни, - хватит этого! Ты чего? Мне тебя ударить?
- Да, ударь, ударь! — заорала Юма. — Сделай, как все мужики!
Ленни занёс руку, но остановился. Его глаза, как у лемура Лори, смотрели на Юму стеклянным взглядом.
- Чё как дура себя ведёшь?! Могу тебя здесь оставить. Сделать?
С выпученными глазами девушка наклонилась к нему:
- Да плевать!
Они замолчали. Юма сложила руки на груди и отвернулась. Ленни смягчился: