Талегро решил показать класс и получить очередную порцию горяченького: задержал партнёршу на одном уровне и стал трамбовать её внутренности со скоростью отбойного молотка, крича при этом, как воин, бегущий в атаку. Блёстка завывала сиреной, еле удерживаясь ногами и руками на его мощном теле. У обоих внизу вот-вот должен был возникнуть дым и вспыхнуть огонь от такой скорости трения, но Талегро вдруг перешёл на сиплый рык и сменил скорость на силу — вдолбился в девку несколько раз и внезапно сбросил с себя. Она успела встать на ноги, но шлёпнулась о стену спиной. Талегро стянул презерватив, отбросил и завершил семяизвержение вручную. Сперма выстреливала несколько раз на приличное расстояние, попав на бедро блёстке, которая только что помогла ему кончить. Теперь она стояла возле стены, потная, растрёпанная, растерянная, и смотрела, как мужчина уронил руки, с закрытыми глазами запрокинул голову и тяжело дышал. Мокрые тату на груди, животе и плечах шевелились, член прогнулся дугой и покачивался, не желая падать. Она с восхищением рассматривала пенис и мошонку, которые вместе с проработанными паховыми мышцами, мускулистыми бёдрами и тату образовывали мощный и привлекательный агрегат для несложного удовлетворения особи особо крупных размеров. Девушка улыбнулась, дойдя взглядом до его удовлетворённого лица. Талегро встретился с ней глазами и пророкотал:
— Знаю, почему у тебя такая довольная рожа! — Поднял палец, зыркнул исподлобья. — Думаешь если я от твоей дырки кончил, значит, твоя заслуга? Хера с два! Ты просто кусок мяса размером с человека! Шлюха! То же самое, что корова, которую доят, а потом пускают на мясо!
Девушка вскинула голову и сложила руки на груди.
— Я не шлюха!
— Да что ты! — усмехнулся Артэ, сделав вальяжный шаг чуть ближе к ней.
— Да, я! Не-шлюха!
— А кто же ты? Канцлер Германии?
— Моё имя Наза-Эрэн, и я из Канады.
— Да ты что-о-о! — совсем развеселился Талегро, тоже сложив руки на груди. Член его опал, уменьшился в размерах, но всё ещё был внушительно длинный.
— То-о-о! — передразнила Эрэн.
— Если ты из Канады и какая-то там Ирэн, это не исключает, что ты проститня. Логика! — Постучал он пальцем по шраму.
— То, что ты кончил от своей руки, не исключает, что ты кончил благодаря мне! М?
Артэ сдвинул челюсть вбок и сморщил нос.
— Если не шлюха, почему выглядишь, как все эти шлюхи? — Он обвёл рукой рассевшихся по углам, по закуткам девочек в одинаковых блестящих нарядах, с одинаковой меткой из блёсток на щеке и одинаковыми растерянными взглядами. — Почти так же.
— Я просто живу с ними.
— А, понятно. Поэтому и решила защитить сожительницу. Пошла против меня.
— Я не шла против тебя, — упиралась Эрэн. Она моргнула, опустила взгляд и сразу же подняла. — Никому не было бы хорошо, если бы ты разбил Цирере голову.
Артэ горлом издал стон-рык.
— И чё ты припёрлась сюда? Заработать деньжат?
Эрэн раскрыла глаза шире и произнесла громче, подавшись при этом вперёд:
— Сколько раз повторять: я не проститутка! За деньги не трахаюсь!
— Пха-ха! За жрачку тогда? Ты только что е*алась за еду?!
— Н-н-не-е-ет! — лукаво протянула девушка. Она изменила позу: сильнее выгнулась, ниже опустила голову, закачала согнутой ногой и довольно улыбнулась. — Ради удовольствия.
Артэ вспомнил её быстрый оргазм и поверил в правдивость её слов.
Он молча развернулся, подошёл к столику с выпивкой, неторопливо наполнил бокал. Наза-Эрэн хотела подойти, но он остановил её жестом. Посмотрел в окно, медленно отпил ещё и ещё. Девушки-проститутки сидели тихо, наблюдали за ним и коллегой, которая в уверенной позе — красивая, смелая — стояла посреди комнаты. Они знали её хорошо, знали цель прихода сюда и что она не остановится, пока не завоюет внимание чужестранца Артэ Талегро.
— Отправь девчонок обратно в клуб с сохранением оплаты, — громко, почти командным голосом сказала Наза-Эрэн. — Повеселимся вдвоём.
Талегро повернулся, поставил руку на бедро. Допил ром и вгляделся в особь женского пола, которая потихоньку начала обретать индивидуальность, превращаться в личность. Ему понравились татуировки, которые покрывали значительную часть её накаченного тела, круглые сиськи, явно увеличенные пластикой с маленького размера, и что особенно зацепило — обычные женские руки, неизнеженные, с ногтями без маникюра, кое-где в ссадинах и с въевшейся грязью. Он свёл брови, почувствовав, как в член ударил импульс. Опять отвернулся. Спустя полминуты поставил стакан на стол и вальяжно пошагал к нешлюхе. На середине пути скомандовал: