— С чего начнём?
Артэ пожал плечами, и обаятельная улыбка чуть тронула его рот. Эрэн въедливо осмотрела его лицо, губы, потянулась и поцеловала их. Мужчина тут же схватил её за горло, сжал, не позволив отдалиться. Шумно втянул воздух между своих и её губ, зажмурился, словно от сильного приступа боли. Перед глазами мелькнула Дени в тот момент, когда она первый раз его поцеловала, на пляже, на празднике в её честь. Тогда он взбесился, потому что все увидели их телячьи нежности. Но немного погодя воспоминание о поцелуе расшатало в нём что-то, что раньше стояло непоколебимо. Сейчас Артэ с рыком-рёвом оттолкнул от себя лицо, сиськи, прозрачные влажные глаза нешлюхи и ревностно утёр рот. Вместо обзывательств и угроз промычал что-то и хотел подняться, но Наза-Эрэн схватила его за запястье, так крепко и неожиданно, что он замер, глядя на её неопрятные жадные пальцы.
— Не убегай от меня, — нежно попросила девушка, — я не опасна.
— Как же ты не опасна, если норовишь удержать меня и влезть мне в душу?
Он вырвал руку и теперь с жестоким видом возвышался над податливой уязвимой девушкой. Член был на уровне её лица, но она смотрела мужчине в глаза.
— Я знаю тебя, — произнесла, — чувствую. Делаю так потому, что тебе нужно разорвать цепь… Череду привычных действий.
— Чё ты мелешь?! — Талегро скривил физиономию. — Ты что, — присел и остановил раскрытую ладонь в паре дюймов от её лохматой головы, — мозгоправ, которого прислали толстосумы?! — Схватил её за волосы. — Бл*ть, как хитро! Подослали сосалку, чтобы она мне в голову залезла! А таблетки? — Забегал глазами. — Ты уже бросила мне их в ром?! М, сука сраная? Или в лифчике?
Он содрал верх её бикини, и силиконовая грудь, колыхнувшись, обнажилась. Эрэн не шевельнулась.
— Нет, я не психолог, меня никто не подсылал, нет никаких таблеток. Я хочу, чтобы ты… Н-не знаю! Не знаю…
Она надломлено рассмеялась. Талегро отпустил её волосы, вновь выпрямился, устремив взгляд в тёмное окно с пятнами света от уличных фонарей.
— Все мы не такие, как есть на самом деле. Ты не шлюха, я не преступник. Детка-детка, глупая мучача*. Не важно, что на самом деле, важно — как это выглядит со стороны! — Талегро посмотрел на девушку, сидящую возле его ног и поднявшую на него внемлющие глаза. Её взгляд, — взгляд девочки, — был таким, какой он искал в каждой любовнице, которую хотел сделать долгосрочной спутницей. — Нас все обманывают. Даже собственный мозг! Подумай! Сами-себя-обламываем! Ты что-то чувствуешь, желаешь, а мозг тебя тр-р-р! Тормозит! Ты хочешь свою мать, сестру, дочь или отца, а мозг останавливает: а, а, а! Нельзя-я-я! Сам заставляет хотеть и сам же, сука, обламывает! Выходит, что мы все безумцы? — Он присел снова. Неожиданно для Эрэн принялся приглаживать её волосы. — Но моё отличие от всех вас в том, что я не сопротивляюсь своему безумию. Я… Я! Живу в симбиозе с ним! Я! Даю ему пищу, а он мне — силы! Я истинный!
Наза-Эрэн чуть улыбнулась.
— Не поспоришь. Теперь расслабься, дорогой, и начнём развлекаться. Реально. Как истинные личности.
— Истинные, говоришь?
Артэ гладил и гладил её по голове.
— Угу.
— Мне отпустить себя, стать тем, кто я есть на самом деле?
— …Или будь тем, кем хочешь быть, кем всегда хотел.
Эрэн приложила ладонь к его колючему подбородку с засохшей кровью, липкому от рома.
— Совсем недавно я хотел быть хорошим женихом, потом мужем. Верным любовником, — задумался Талегро. — Но мне теперь не для кого притворяться хорошеньким.
Он взял руку девушки за запястье и завёл ей за спину. Эрэн опешила, но не стала сопротивляться. Когда мужчина полностью уложил её на пол животом вниз, и её кисть оказалась выше лопаток, она коротко простонала. Тяжело возбуждённо дыша, Талегро прислонился влажной грудью и прошептал:
— Я никогда не притворялся кем-то. Я всегда истинный. Ты ведь просекла, какой я? Вот и получай.
Свободной правой рукой он отодвинул ей ягодицу и, оценив сжатое тёмное пятнышко, направил в него головку члена. Эрэн вскрикнула, в глазах у неё потемнело, а сознание выбило. Ей показалось, что в неё засунули кулак. Она закричала ещё раз, когда кулак туго пошёл в обратную, и очень захотела, чтобы он вышел. Но Талегро продолжал разрабатывать её заднее отверстие, наслаждаясь криками и конвульсиями.