— Знакомая боль, да? — поинтересовался с издёвкой. — Нр-р… а-а-авится, а? — Резче вошёл ей в кишку и сильнее заломил руку, вынудив замереть. — Папаня твой так тебя е*ал? С какого возраста? С пяти, пятнадцати?
Медленно поскользил обратно, вышел и, пока вход не сомкнулся, впихнулся снова. После вскрика Эрэн ответила:
— Не делал он такого!
Талегро ускорился, углубился. Каждую секунду, сохраняя ритм, выходил и входил и чувствовал, как уже расслабились анальные мышцы, и попка партнёрши принимает член всё охотнее. Его это расстроило, поэтому он отпустил руку Эрэн и в кучу сжал её ягодицы. От нового удовольствия у него самого стало пульсировать очко.
Эрэн расслабилась. Хлопки и хлюпанье разбавили овольные стоны.
— Как же хорошо ты е*ёшь мою жопу! Хозяин! — подзадоривала себя. — Давай! Сильнее! На всю длину засади! Долбись, не сбавляй… Ах-х-х! Ага… Да! Так! У-у-у-у! Моя попка любит твой болт! Во-о-о-ина!
Артэ растопырился: поставил одну ступню к её лицу. Стал под разными углами задвигать член между истатуированных цветами и узорами полукруглых булок. Он не был любителем анала, просто хотел по полной погонять глупую шлюху, считающую себя кем-то больше. В нём вспыхнула ярость, и тогда он сначала вынудил девку лечь щекой на пол, потом наступил ей на лицо.
— Нет! — запротестовала Эрэн. — Не так!
— Терпи, — усмехнулся он.
— Не… буду!
Эрэн хотела вырваться, но давление на скулу усиливалось, как и грубая активность сзади. Если до этого Талегро ещё как-то ограничивал вхождение по глубине, то при её сопротивлении засаживал безжалостно глубоко, до боли где-то у неё в животе. Эрэн сопела и пыталась хоть чуть-чуть облегчить своё положение.
— О-хо-хо! — сквозь усмешку ликовал Артэ. — По-новому! Ух, как круто! Тебе снова плохо? Больно? Нравится, м? Так делал твой отец? Отчим? Дружок? Протестуешь, но тебе нравится, угадал?
— А тебе нравится е*ать малолеток в узкую дырочку? Мальчиков тоже? Сколько изнасиловал, а, маньяк?
— Заткнись, сука! Или я заткну тебя навсегда!
Его натиск на её задницу не ослабевал. Перед глазами начали мелькать маленькие попки и грудки девчонок, которые проходили через его член. Он не спрашивал, сколько лет шлюшкам с острова, он представлял, что они ещё невинные, что никогда в жизни не видали эрегированный пенис, тем более такой гигантский.
"Я должен быть первым!" — как гвоздь, вогналась мысль в его мозг и застряла там. А бёдра делали своё дело, живот напрягался, руки стискивали мякоть, сердце колотилось, а лёгкие горели.
— Мне боль… но… — из последних сил выдохнула девушка.
После нескольких толчков Артэ вытащил член прямо перед тем, как кончить. Не видя ничего перед собой, он машинально додрачивал в полуприсяде, а потом выпрямился, опустил руки. Член подёргался и успокоился.
Наза-Эрэн чуть отдышалась и сразу же принялась теребить клитор, пока попка хранила чувство заполненности и ритм толчков. Её возбуждала фантазия, как в неё кончают, как одновременно распираются и сужаются прямая кишка и стенки влагалища. Она любила анальный секс и часто вспоминала тот единственный случай, когда сразу два мужика имели её. Это был особенный случай.
Талегро бездумно перевёл взгляд на изнывающую от похоти и жажды оргазма шлюху в вычурной позе, из-за тату похожую на непонятный кусок чего-то разноцветного. Его внимание выхватило приоткрытый влажный рот, влажные пальцы и красные набухшие половые губы. На мгновение он почувствовал отвращение и бессмысленность секса, даже жизни.
— Ты поддалась страстям, — размеренно, глубоким голосом произнёс он. — То, чего сильнее всего хочешь, начинает тобой управлять. Нам бы следовало взглянуть своим порокам в лицо.
— Мне без этого хорошо живётся. — Чуть замедлившись, Наза-Эрэн посмотрела на вожделенного любовника. — А хочу я тебя и твой член. И нечто большее, если ты на это способен.
— Что именно?
Артэ заинтересовался. Девушка улыбнулась и стала соблазнять его взглядом, дразнить языком, медленно и обстоятельно играя с мокрой промежностью.