Спустя несколько минут на крыльце появился Вадик в компании двух пацанов. Завертел головой. Опустив окно, я высунул руку и помахал ему. Парень заметил это, попрощался с ребятами и поспешил к машине.
— Привет, — сказал он, садясь.
— Здорово. Взял тебе шавуху перекусить.
— Мне нельзя. Мама запрещает перебивать аппетит. Я дома пообедаю.
— Ну, как скажешь. Значит, мне больше достанется.
— Спасибо, дядя Андрей. Я бы с удовольствием, но мне, правда, нельзя.
— Да всё нормально, Вадик. Конечно, надо слушаться маму. Поехали?
— Ага.
— Только пристегнись. Машина — зверь.
— Угу. Какой именно? — улыбнулся парень.
— Поверь, она лучше, чем кажется.
— А кем ты, кстати, на работу устроился? — спросил Вадик, когда мы вырулили с парковки и покатили через дворы, направляясь к дороге.
— Да по специальности. Починяю примуса и всё такое.
— Что за примуса?
— Это шутка. Но, вообще, на них раньше еду разогревали.
На пути к дому Софии я слушал грядущем соревновании по альпинизму, которое должно было состояться уже в октябре, так что Вадик усиленно к нему готовился. Дорога была недолгой, минут через десять мы уже покатили к пятиэтажке, на треть утонувшей в покрытых белыми цветками деревьях, растущих прямо под окнами.
— Спасибо, дядя Андрей, — сказал Вадик, вылезая. — Заберу рюкзак.
Он вытащил его с заднего сиденья, помахал мне рукой и направился к подъезду, на ходу доставая из кармана ключи. Я же вытащил телефон и написал сестре смс, что парня забрал, свозил в секцию и до дома доставил. Так, дело сделано, гора с плеч.
Когда племяш исчез за дверью, я покатил домой.
Настроение было так себе. Болезнь сестры явно прогрессировала. Очень хотелось избавить Соню от неё, но процесс демонизации может затянуться. И вдруг способность лечить я получу последней? И этот момент я никак не контролирую.
Припарковавшись перед домом, я прихватил кинул шаверму в пакет с продуктами, поднялся в квартиру и принялся раскладывать покупки.
Мурасака материализовалась на полу, вытянула шею, заглядывая в открытый холодильник.
— Как бы мы хотели приготовить для вас достойное блюдо, повелитель, — сокрушённо вздохнула она. — Не вот это вот всё, а истинный деликатес.
— Извини, но покупать лобстеров я не стану. Не так ещё поднялся. Вот найду ещё пару кладов, тогда подумаю, не повысить ли качество жизни.
— Да какие лобстеры, повелитель! — поморщилась Мурасака. — Мы говорим о настоящих яствах, которых вы заслуживаете. Гуляш, например. Для него ингредиенты в супермаркете не купишь. В обычном, по крайней мере.
— Почему это? — удивился я. — По-моему, для гуляша нужны…
— Гули, да, — кивнула Мурасака. — Для настоящего, конечно, а не той жалкой имитации, которую едят люди. Да только где их взять, гулей-то? Это ж охотиться надо. Не думаем, что вы захотите отправиться на кладбище ради стоящего ужина. Или всё-таки да? — в глазах Мурасаки блеснула надежда.
— Ты ведь шутишь?
— Ни в коем разе! Когда вы попробуете гуляш, вы ничего иного не захотите.
— Вряд ли это когда-нибудь случится.
— Но вы ведь ещё… — кошка вдруг застыла, шерсть на её спине поднялась дыбом и засветилась.
— В чём дело? — спросил я, закрывая дверцу холодильника.
Мурасака стремительно изогнулась, бросилась в сторону и будто схватила кого-то. Раздался сухой хруст, а затем послышалось чавканье.
— Ты что, муху поймала?
— Да. Шпиона. Боюсь, у вас незваные гости, повелитель!
И в этот момент телевизор включился сам собой.
Глава 15
Сардинница ужасного содержания
От неожиданности я вздрогнул. Какого хрена⁈ Прежде приборы в моём доме никогда себя так не вели. Не своевольничали. А если что ломалось, я вмиг чинил. Теперь понятно, почему. Мой талант был унаследован от «папочки». Так что телевизор заставил меня замереть на месте и вспомнить о фильмах ужасов, которые я смотрел в детстве. Ну, и потом пару раз. Не поклонник я жанра, но как забыть вылезающую из ящика девушку в белой ночнушке с длинными чёрными волосами? Юля говорила, такие привидения — традиционные для японского фольклора персонажи.