«Ма…» — как мило звучит это обращение от Оливки. Когда я только приехала в этот город, я попросила всех называть меня Линой — тогда мне казалось, что от слова «ангел» меня может вытошнить самым натуральным образом. Малышка Оливка так и не смогла пока научиться говорить моё имя, и вместо «Лина» у неё получается «ма».
Но сегодня это только к лучшему! Сегодня роль мамы спасла меня от… Не знаю, от чего, но спасла. Баг, уверена, что бы ни придумал в своей голове, не станет трогать якобы замужнюю девушку с ребенком.
Глава 3
Ангелина
Время переваливает за шесть, и все начинают потихоньку собираться. Приходит с работы Стас. Он тут же берет на себя Оливку, которая уже «заездила» меня и Полину. Потом приходят друзья Поли и Стаса, семейная пара Даша и Кирилл. Кир присоединяется к Стасу, а мы втроем, только девочки, начинаем накрывать на стол. Что-то из закусок и горячего мы сделали тут, что-то привезет Таня, что-то приедет из ресторана.
Таня, папа и Миша появляются шумно. Вместе с собой они привезли крестного папу Полины, а этот мужчина априори не может вести себя тихо. Иван — человек-праздник. Он вечно что-то рассказывает, шутит, сам же громче всех смеется над своими шутками. В квартире и так не было тихо, а с появление Ивана пространство окончательно перестает быть хоть сколько-то спокойным. Шум, гам. С одной стороны за эти пять лет я полюбила весь этот движ, с другой стороны именно сегодня и именно сейчас я предпочла бы остаться в одиночестве. Мне есть над чем подумать. Несмотря на то, что я отчаянно не хочу вспоминать прошлое, оно вылазит их самых потаенных уголков души.
— Лина, а Матвея нету? — брат подходит ко мне, всё еще блуждая взглядом по периметру комнаты.
— Пока нету, Миша. Скоро приедет, — взъерошиваю соломенные кудри брата. Знаю, как он любит болтать с Матвеем. — Помоги мне пока. Отнеси это на стол, — протягиваю ему блюдо с салатом.
Мишка уходит, и в этот момент как раз раздается звонок в домофон. Вот теперь точно Матвей пришел, все остальные уже в сборе.
— Иди, открывай, — улыбается Поля.
— Почему я? — тоже усмехаюсь. — Твой дом. Ты именинница. Так что вперед и с песней.
Полина не спорит. Поправив красиво уложенные локоны, направляется в прихожую. Слышу, как буквально через минуту она уже взрывается довольным смехом, приветствуя Матвея и принимая, видимо, от него подарок.
— Кхм-кхм, — раздается знакомое покашливание за моей спиной вскоре.
Оборачиваюсь и рассматриваю высокого светловолосого парня с выразительным взглядом карих глаз. В рубашке, в брюках. Как всегда, Матвей выглядит безупречно.
— Привет, — прижимаюсь к столешнице, наблюдая, как он медленно приближается ко мне. Сердце начинает биться сильнее, когда выражение на мужском лице становится более серьезным, а взгляд более проницательным.
Матвей упирается двумя руками в стол, создавая своеобразный барьер между нами и теми, чьи голоса сейчас доносятся из гостиной. Чувствую, как он буквально захватывает меня в плен.
— Кто-то не соскучился? — спрашивает он с лёгкой усмешкой.
Не в силах сдержать улыбку, отвечаю вопросом на вопрос.
— Почему?
Он наклоняет голову, как будто это вопрос заставляет его задуматься.
— Не вышла меня встречать, — поднимает руку и аккуратно заправляет прядку моих волос за ухо.
Прикосновение очень нежное, и я ощущаю, как по спине пробегает лёгкая дрожь, когда его пальцы касаются моей кожи.
— Я ждала тебя здесь, — закрываю глаза.
— Правда? — шепчет на ухо.
— Правда…
— Ну, тогда… Привет, солнышко, — Матвей прикасается губами к моему уху, вызывая еще больший табун мурашек по моему телу, затем ведет дорожку из поцелуев к губам.
— Хватит лизаться! — неожиданно раздается за его спиной насмешливый голос Мишки.
Вот жук мелкий… Как ему удается всегда ловить нас на подобных моментах? Брат стоит с хитрой улыбкой, облокотившись на дверной косяк. Смеётся, словно это всё — отличное шоу.
Матвей, также обернувшись на голос Мишки, хмурит брови и с прищуром смотрит на него.
— А ты, случаем, не завидуешь?
— Я? — смеётся Миша, выставив ладони в стороны, как бы оправдываясь. — Да нет, просто забавно на вас смотреть! Тебя, кстати, папа там ждет, — кивает Матвею. — Или хотите, чтобы и он вас спалил?
— Мы вообще-то взрослые, — словно оправдываюсь.
— Это ты папе скажешь, — парирует брат.
В этом Миша прав. Папа не признает того, что я уже взрослая и самостоятельная. Упустив годы, когда я действительно нуждалась в том, чтобы меня опекали, он, наверное, стремится наверстать упущенное.