— Я заметила, что он опоздал и никого не уважает, — отрезаю я.
— Да ты чего?! Даже Арефьева тут же заткнулась… Она по нему так сохнет, а он её один раз выдрал и всё… До свидания…, — хохочет Анька.
— Ты откуда это знаешь? Свечку что ли держала?
— Да не… Они же треплются как курицы… постоянно… Жу-жу-жу…
— Где ты слышала, чтобы курицы так шептались? — смеюсь я, и Оля подхватывает.
— Ой всё… Главное… Что Чернов… Не такой, как мы. Он живёт по другим правилам.
— Именно поэтому мне не нужно обращать на него внимания, — я ускоряю шаг.
— Ну, Марииин! — Аня догоняет меня и хватает за локоть. — Слушай, я не к тому, чтобы ты с ним связывалась. Но… ты видела, как он на тебя посмотрел?
Я замираю.
— Что?
— В аудитории. Он смотрел на тебя. Долго. Я думала, ты заметила.
Внутри что-то обрывается.
— Тебе показалось, — говорю я, но голос звучит неубедительно.
— Нет, не показалось, — настаивает Оля. — Я тоже видела. И это… странно. Он никогда ни на кого так не смотрит…
Ну вот, уже и до взгляда одного докопались… Шикарно.
— Может, он просто пытался вспомнить, кто я, — пытаюсь отшутиться, но смех выходит нервным.
— Или, — Аня делает паузу. — Он заинтересовался. Ты сегодня такая милашка… — хихикает она, дёрнув меня за прядку волос.
Я резко поворачиваюсь к ним и тут же вспыхиваю. Потому что мне эта фигня не интересна.
— Забудьте. Мне не нужны проблемы. Я сюда учиться пришла, а не играть в эти игры… Тем более с таким как Чернов.
Девчонки молчат. Но я вижу в их глазах сочувствие и лёгкий испуг. Они понимают, что я права, потому что с таким связываться себе дороже. Он переедет тебя как бульдозер и не заметит…
Но дело в том, что сегодня он меня заметил. К сожалению…
И это плохо. Очень плохо.
Я ухожу вперёд, оставив их позади. В голове черт-те что… Сегодня не день, а катастрофа…
В кармане вдруг вибрирует телефон.
Сообщение от мамы: «Как дела в универе? Обедала?».
Я смотрю на экран, хочу ответить ей, что всё хорошо, но меня резко толкают в плечо и телефон падает прямо на пол…
— Смотри, куда прёшь, сучка, — звучит из уст той самой Арефьевой, пока свора её ручных собачонок стоят и смеются рядом, одна громче другой…
Глава 1
Марина Чемезова
Этот голос такой резкий, как щелчок хлыста.
Опускаюсь за телефоном, поднимаю глаза и смотрю на них всех волком... Её платиновые волосы сияют даже в тусклом свете ламп, а улыбка такая холодная, что меня начинает морозить… За ней стоят две вечные её спутницы: одна с нарочито пухлыми губами, другая — с презрительно поджатыми, будто ей противно дышать одним воздухом со мной.
— Ты что, совсем без мозгов? — продолжает она, наклоняясь ко мне. Её духи такие тяжёлые и сладкие, что хочется блевать. Они забивают всё дыхание. — Не видишь, куда смотришь? Сиди и не вставай лучше.
Я молчу. Понимаю, о чём речь, но не хочу давать ей повод.
— Он мой, — шипит она, а мне противно. — Даже не думай строить из себя невинную овечку! Поняла меня?!
Внутри всё сжимается. Значит, Ане не показалось. Он смотрел на меня. И кто-то это заметил.
— Я и не думала строить. Вообще не понимаю о чём ты… — начинаю, но она перебивает:
— Не оправдывайся. Просто держись подальше. Иначе пожалеешь.
Она разворачивается, чтобы уйти, но в этот момент рядом возникают Оля с Аней… Будто увидели это и вернулись обратно.
— Чего тебе от неё надо, Арефьева? — спокойно спрашивает Оля, скрещивая руки. — Собрали тут зверинец, блин… пошли отсюда!
— О, защитники подъехали, — фыркает одна из спутниц. — Нищебродки решили заступиться за свою?
Аня не теряется и помогает мне встать с пола:
— А ты решила, что тут только твои правила? Может, тебе пора в зеркало посмотреть — вдруг там ответ, почему твой Чернов на тебя даже не смотрит, м?
Арефьева бледнеет. Её пальцы сжимаются в кулаки, но она держит лицо. А ведь уела так уела… Мне кажется, в этом всё и дело… Она бесится, что не может его получить. Точнее, он её тупо поюзал и теперь она бегает за ним, как ненормальная, угрожая всем подряд расправой.
— Вы ещё об этом пожалеете, — бросает она через плечо и уходит, шурша своей дизайнерской юбкой. Её свита следует за ней, как жалкие прихвостни…
Я стою, не шевелясь. Руки дрожат.
— Ну и ну, — вздыхает Оля, глядя на меня. — Ты в порядке?
Киваю, но внутри как-то неприятно. Потому что он смотрел. И это не забыть. Будто липкий слой остался на коже. И от его Арефьевой тоже, кстати говоря…