— Ревнуешь, языкастая?
Мне не нравится этот вопрос. Потому что ответ очевиден. Когда тебя целуют, хочется, чтобы это было чем-то особенным, а не так, будто ты одна из тысячи его фанаток…
— А ты бы ревновал? — спрашиваю, сама от себя не ожидая.
Он приподнимает брови и усмехается.
— Я бы убил, да и всё, чё мне ревновать просто так…
— М… Значит я… Должна тебя убить?
Он поворачивается ко мне на бок и касается моего лица руками. Улыбается при этом как Чеширский кот. Я вообще раньше не увидела, чтобы так улыбался.
— Её, меня-то зачем… Тебя я бы убивать не стал… Просто научил бы тому, как можно делать, а как нельзя… — тянется к моей шее, но я перехватываю его.
— Анжей, — хмурюсь, заглядывая в глаза. — Объясни мне…
— Объяснить что?
— Почему ты исчез… Почему просто уехал тогда, бросив меня в ресторане одну…
— А ты разве не этого хотела? Чтобы я уехал… Ты ведь так прямо мне и сказала — мы не подходим друг другу, мы разные, что тебя от меня нужно… Разве нет?
— Да… Но…
— Запомни, что все слова имеют последствия, Марина…
— Это нечестно… — вырывается из меня нетерпеливо.
— Всё честно… Зато теперь ты понимаешь, что бывает от необдуманных поступков… И те парни это понимают… Больше тебя никто не тронет. А если тронет, сразу ко мне. Поняла меня?
Я молчу, а он бодает меня своим лбом.
— Я испугался за тебя… Я редко чего боюсь. Но вчера так накрыло…
Боже, как же приятно с ним разговаривать. И как приятно слышать, что он за меня испугался… Даже если всё это было больно. Но я до сих пор ощущаю острый клинок внутри из-за той брюнетки.
— Ты ответишь мне, кто та девушка? — перебиваю я.
Он тут же усмехается и опускает взгляд, отпустив меня.
— Никто. Вообще забей. Пустышка.
— Такая же пустышка, как я для твоей семьи?
— Вот здесь… — смотрит он слишком эмоционально и отрезает с нервозом. — Не лезь. Никогда не лезь. Понятно?
— Понятно, — отвергаю я его, но он обхватывает за шею и снова нагло впивается в мой рот… Я чувствую, что наши поцелуи уже выходят за рамки ненормального. Если у нас ничего нет, тогда какого чёрта он постоянно меня целует. И зачем ему вообще это всё нужно? А… Я же его собственность… Забыла.
— Уже лучше… — ведёт кончиком языка по контуру верхней губы, заставляя меня ощущать что-то странное внизу своего живота. Это натяжение. Покалывание… Которые отдают ещё ниже. — Ты на глазах учишься, языкастая моя…
— Прекрати…
— Нравится, да?.. — улыбается он, глядя на мои заплывшие глаза. — Успокойся, я тебя насиловать не стану… Я таким не занимаюсь. Дождусь, когда сама захочешь… — ведёт обе ладони на мою талию под кофту. Контраст ощущается сразу… Его ладони горячие шероховатые, доходят до рёбер…
Но я перехватываю его за запястья.
— Зря ты думаешь, что захочу.
— Ты уже меня ревнуешь. Видела бы свои глаза… Мне даже думать не надо, я и так всё чувствую…
Смотрю на него и от злости чешутся кулаки. Сначала лез целоваться, потом был с другой… Сейчас снова здесь… В моей комнате без спроса… А я всё ему позволяю, потому что дура, кажется… И это всё ужасно токсично для меня… Но и отказаться от общения с ним я просто не в состоянии. Не понимаю, чего меня так к нему тянет?! Будто мёдом намазано!
— Успокойся, зеленоглазка… — проводит пальцами по моей щеке. — Нет повода для ревности. Если ты со мной…
— Что значит быть с тобой?
— Для тебя значит быть в безопасности…
Я молчу. Всё ещё смотрю ему в глаза… Почему-то в эти слова я легко верю. Чернов и безопасность вполне перекликаются. Меня точно никто не обидит, если я буду с ним рядом. Однако способен ли он защитить меня от себя самого? Мне бы угомонить сердце, потому что оно колотится со скоростью света, когда он так пристально на меня смотрит. Будто достаёт до каждой струны моей души и за каждую столь же искусно дёргает…
— Ну что скажешь? Ты со мной? Или нет, Марина Чемезова…? Я жду ответ…
Глава 30
Анжей Чернов
Меня с ней рядом просто размазывает. Перестаю ощущать себя прежним. Не такой. Совсем другой.
Ни тебе привычной мерзлоты, ни пофигизма. Только желание добраться до сути. Понять, что я к ней такое чувствую, раз так тянет. Сам впервые это всё испытываю. Поэтому и не знаю, как правильно. Я всегда был вспыльчивым, не мог перестать драться, доказывать всё кулаками, срывался по мелочам. А теперь… Есть она. И всё стало только сложнее…
— С тобой, — отвечает она несмело. — Только если ты не будешь с кем-то ещё…