— Условия мне ставить будешь? Я ведь сказал уже, если ты со мной, я поводов не дам.
— Ладно, — смотрит мне в глаза и вся, блин, дрожит, словно продрогший на ветру листочек. Вряд ли это страх в привычном смысле слова, но… Возможно, чего-то она всё же боится. И я буду пиздоболом, если скажу, что у меня самого не так. Я тоже чего-то боюсь. Обидеть, наверное. Спугнуть. Потому что она реально слишком ранимая и хрупкая для меня. Где-то в глубине души я это осознаю, но отказаться уже точно не смогу. Даже если это правильно. Ведь я не уверен, что она такого как я потянет. — Это значит… Мы будем встречаться?
Блядь… Звучит так смешно, что невольно я усмехаюсь. Не могу справиться с эмоциями от её слов. Встречался ли я с кем-то? Нет, ни разу… В отношениях полный ноль. И для меня всё это реально как пустой звук. Но что-то же я должен ей на это сказать, правда?
— Ну типа того, да…
— Типа того?
— Да, — рявкаю более уверенно.
— М… Мне нужно к маме выйти, — шелестит она, разглядывая меня своими огромными зелёными омутами. — Иначе она сама зайдёт. И будет в ужасе…
— Прям в ужасе, да?
— Да… — шепчет, рассмешив меня.
— Ну выходи тогда. Пожалеем твою маму…
Она чуть привстаёт, поправляет волосы и смотрит в зеркало.
— Кажется, по моим губам видно, что меня целовали… — вздыхает так мило, блядь, что меня всего коробит из-за этого. Я не привык видеть таких нежных девочек. Я об их существовании раньше и не знал даже, если честно… Не смотрел как-то. Не вставляло. Но этот её взгляд. Сейчас она смотрит иначе. Если раньше это было пренебрежение и отторжение, то сейчас… Интерес и тревога, что уже что-то, но всё ещё не то самое…
— Ты заостряешь на этом внимание… Она не заметит…
— А вдруг, — испуганно касается губ. — Тогда тебе придётся спрятаться под кроватью…
Мне становится смешно, и я прячу морду в её подушку от смеха. Получается так, что вдыхаю её запах полной грудью и хочется впиться в неё зубами. Никогда и никого с таким наслаждением раньше не нюхал. Это что-то новое…
Я её платье оставил на квартире. Оно пахнет так же… Ею. Если бы ночью дома был, до дыр бы, наверное, занюхал, нахрен.
— Анжей, ну не смейся! — фыркает на меня, притопнув ножкой. Смешная пиздец… Наверное, поэтому легко нашла язык с моей сестрой. И хочется, и колется знать, что обсуждали…
— Всё, не смеюсь… Иди давай…
Марина тихонько подходит к двери, приоткрывает её и оттуда доносятся звуки какого-то фильма. А потом она и вовсе уходит, оставив меня одного. Лежать на её кровати, смотреть в окно её комнаты и кайфовать от того, как мне здесь комфортно. Что странно пиздец. Места мало… Обычная халупа. А покомфортнее моей квартиры будет. Да даже сраного пятизвёздочного отеля.
Возвращается она так же на цыпочках и прикрывает дверь.
— Всё… Я пожелала спокойной ночи, сказала, что очень устала и спать хочу… — подходит к кровати и смотрит на меня. Когда она говорит о маме, я мысленно возвращаюсь в своё прошлое. Оно глубоко спрятано, чтобы не показывать эмоциональной нагрузки, но… Рядом с ней почему-то горчит… Я тоже помню, как бегал к своей мелкий туда-сюда. Как обожал и как желал спокойной ночи по сто раз подряд, лишь бы только лишнюю секунду провести рядом… Мне было десять. Последний раз, когда я чувствовал что-то внутри до того, как встретил эту девчонку.
— Ну так ложись. Раз устала…
Она растягивает губы и садится рядом со мной, а я дёргаю её к себе, заставляя принять лежачее положение.
— Ну чё ты… Иди сюда… — касаюсь её лица ладонью. — Я не такой плохой, как тебе кажется. Обижать не хочу… Если злить не будешь…
Она молчит, а мой палец сам тянется провести подушечкой от её губ до разреза глаз и обратно… Нежная бархатная кожа тотчас же поддаётся волнению, покрывшись румянцем. Ей идёт… Безумно.
— Я вчера так испугалась…
Эти слова заставляют меня внутри сжаться… Я помню всё, что случилось слишком хорошо, чтобы не понять смысла этой фразы.
— Ты меня спас… Откуда ты знал, что я там…
— Просто знал. Не важно…
— Ты должен знать, что я пошла туда не для такого… И не для того, чтобы позлить тебя…
— А для чего тогда…
— Не знаю… Возможно, я хотела тебя увидеть после всего…
— Я на такие тусы не хожу. Не любитель…
— Расскажешь почему? Потому что мне тоже совсем не понравилось… — говорит она со слезами на глазах, и я хмурюсь.
— Потому что там только бухать… Я стараюсь не пить. Проблемы с самоконтролем… Не плачь только. Не надо, Марина…
— Прости, я помню, что ты этого не любишь…
С ней всё иначе, конечно, но я молчу… Пусть успокоится лучше. Это намного лучше, чем рыдать попусту. Уже всё закончилось. Но я не перестаю касаться его своими ладонями, будто пытаюсь снять её тревогу и успокоить, сам того не понимая. Как это работает… Когда плачет она — дерьмово почему-то мне…