— Я хочу пройти на пару… — указываю на дверь, а он делает ещё одну затяжку.
— Куда ты так торопишься? Ещё целых десять минут.
— Вообще-то время уже восемь ноль две. Пропусти!
— Ну я и говорю… Десять минут… Нормальный человек приходит, задержавшись на пятнадцать минут, потому что ценит своё время…
Меня настолько возмущают эти слова, что просто отвисает челюсть.
— Нормальный человек? Нормальный ценит и своё время, и время других. Приходит вовремя, пунктуально… К ноль-ноль минутам назначенного времени…
— А если время назначено с секундами как тогда быть? — продолжает издеваться и улыбается, глядя на меня сверху вниз, потому что выше меня на голову точно. Или на полторы… — Всё? Ступор? Ошибка системы?
— Слушай… Ты пропустишь меня или нет?!
— Да иди, конечно… Под ноги смотри только, бедовая… — насмехается снова и так и стоит с сигаретой в зубах, осматривая меня со стороны, словно куклу… Так неприятно. Просто дрожь по телу. Или же она отчего-то другого, не знаю…
Но, кажется, сегодня с Черновым я говорила точно дольше пяти минут. Впервые в жизни вообще с ним говорила… И это ужасно странно… Ещё и врезалась в него, дура, блин…
Когда прошу у преподавателя зайти в аудиторию, мне делают замечание, конечно же… Я быстро иду сесть рядом с девчонками и начинаю спрашивать, что было. Они в ответ делают то же самое почему-то, а не передают мне запрошенную информацию… Ну а следом заходит он. Король положения… Ему же наш препод не говорит вообще ни слова… Вот оно. Явное социальное отличие… Дискриминация…
Возможно, и по половому, и по финансовому признаку… Чувствую себя лохушкой… Ну а потом… Проходя мимо моего стола, этот самый змей искуситель, подмигивает мне на глазах у всей своры своих собак… Будто нарочно...
Я тут же опускаю взгляд в тетрадь, только бесполезно…
Что Арефьева, что мои девчонки, конечно же, это всё уже увидели…
Глава 3
Марина Чемезова
— Ну-ка… Что это было, а?! Маринаааа, — тут же атакует вопросами Аня, а Оля просто сидит по ту сторону от неё в шоке. У них у обеих отвисает челюсть. Так и знала, что накрутят за считанные секунды… Только дай повод.
— Ничего! Ни-че-го! Просто врезалась в него утром и только!
— Офигеть… Да ты же специально это сделала, да? — угорает Аня, хихикая в ладонь, как дурочка, пока я растягиваю губы.
— Конечно… Это был мой план по совращению Чернова…
— Да, это так, — продолжает ржать, пока препод не выказывает нам своё «фи»… Я боюсь смотреть в сторону Арефьевой, но всё же смотрю… И там… В общем, мне объявлена война. Я вижу по её взгляду. Это змеиное логово уже вовсю шипит и плюётся ядом. В меня… А я здесь вообще ни при чём, блин! Это всё он!
— Ну всё… — вздыхаю, обращаясь к Аньке. — Мне конец…
— Ой, да пошла она… Ты же бегаешь хорошо?
— Ахах, очень смешно, Аня! Спасибо…
— А если реально… Ну врезалась и что… Не может он просто так смотреть подобным образом…
— Ты на что это намекаешь?!
— Может, ты когда врезалась, потрогала там что-то у него… Ну…
— Я тебя сейчас придушу…
Они там вовсю хихикают, а мне вообще не до смеха. Опускаю взгляд и смотрю в тетрадь с ощущением какой-то подставы. Он нарочно, что ли делает это? Она же теперь просто убьёт меня. Эта сумасшедшая…
— Не бойся ты… Мы же рядом.
— Вы же не всегда рядом, Ань… Ты посмотри на них… Она разве что возле горла ещё пальцем не провела… Ку-ку точно…
— Да уж, — хмурится Анька и обнимает меня. Было бы более правдивее, если бы Антонина Федоровна утром пророчила мне смерть, а не жениха… Во всяком случае, всё ведёт именно к этому…
После пары я быстро собираю свои вещи и спускаюсь вниз. Чернов при этом ведет себя как обычно. Лениво потягивается, выбирает место презренным взглядом, вальяжно раскидывает ноги и так далее. А Арефьева… Ну она поджидает меня повсюду. Однако я постоянно с девочками… Даже в туалете…
— Спасибо, что нянчитесь…
— Ой, да брось. Ну, Рина… Ты же и сама можешь ей двинуть…
— Я не умею драться…
— Так и она не умеет. Видела её ногти?!
— Но их пятеро…
— Ну да, — вздыхает Оля, поправляя помаду, и тут дверь открывается…
— А-а-а… Лохушки тут, ну надо же…
— А что у нас нет отдельных туалетов для богачек? — спрашивает Аня и наигранно хмурится. — Ой… Придётся в общий ходить… — цокает. — Или терпеть до дома… Ты смотри, Оксаночка, я там всё своими руками трогала. Можно заразиться бедностью… Аккуратнее, — издевается, вызвав у меня смешок, и королева улья тут же смотрит на меня.