— Извини, если я груб, — говорит мне неожиданно, застав врасплох.
— Ты не груб. Просто скрытный…
— Нет. Дело не в этом. Пойдём есть… — берёт меня за руку и ведёт на кухню. Садится напротив и смотрит в одну точку. — У меня очень плохие отношения с отцом… Просто чтобы ты знала. И он… Периодически портит мне жизнь…
Я молчу, слушая его. Что-то такое я и предполагала… И мне больно это слышать.
— Мне очень жаль…
— Так что не обижайся, если я вдруг становлюсь таким…
— Я не обижаюсь… — заглядываю в его чёрные. — Я тебя понимаю…
— Сегодня… Ничего не бойся, ладно? В универе держись меня. Я тебя в обиду не дам, Марина…
Не выдерживая, я касаюсь его руки своей. Наверное, мне и самой мало контакта с ним. Так я чувствую, что мы всё ещё близки друг другу и делимся сокровенным. Я хочу, чтобы он знал, что не только у него одного ситуация с отцом не очень. Я хочу ему рассказать… Поэтому начинаю в лоб.
— Мой отец пил… — говорю ему, вспоминая. — Мама ушла от него, когда я была маленькая…
— Правильно сделала…
— Да, я знаю… Просто это порой так грустно. Кажется, что дети не нужны никому кроме матерей… — проглатываю ком.
— Да, наверное… Иди сюда… — он обнимает меня, я кладу голову на его плечо и слышу, как шумно и бешенно колотится его сердце при этом. Я бы хотела узнать больше. Хотела бы спросить, но не решаюсь… Да и сама вспоминаю своё прошлое урывками. Это угнетает…
Анжей гладит мою голову… Я обнимаю его, просунув руки за поясницу… Закрываю глаза и понимаю, что мне так приятно сидеть с ним рядом. Разговаривать… Делиться…
Мне приятно с ним даже молчать… Пусть и под чавканье Айса, раздающееся под ногами.
— Ну всё, хватит трагедии… Давай покушаем…
— Хорошо…
Кто бы мог подумать, что мы с Черновым будем вот так сидеть у него на кухне, болтать, смеяться… Обсуждая самые обыденные вещи.
Глупые фильмы, учёбу, детство…
Он рассказывает о странах, в которых был… Я слушаю. И мне нравится слушать, даже если я ни разу не была. Мне нравится, как он делится впечатлениями. И ещё нравится, как смотрит на меня…
— Наверное, это очень интересно и страшно…
— Страшно, конечно… Для тебя точно. Потом вместе слетаем, попробуешь…
Я молчу в ответ на это. «Вместе слетаем» звучит почти как обещание, что мы с ним реально будем вместе, несмотря ни на что…
Сердце сразу же становится мармеладным. Мне кажется, я влюбляюсь в него. Потому что за меня никто и никогда ещё так не стоял… У меня почти не было отца и это сказалось. Я не знаю, каким должен быть мужчина для меня. Я не думала об этом. Но почему-то сейчас, когда я понимаю, что он даёт мне безопасность, мне становится теплее внутри…
Я остаюсь мыть посуду, он идёт в ванную… Наблюдаю за тем, как Айс носится, вспоминая любимое мамино выражение «серединка сыта — концы играют».
А потом мой телефон начинает звонить. На часах при этом половина седьмого.
И я вижу, что это мама…
Боже…
— Мам… — отвечаю виновато.
— Господи, Марина! Зашла в комнату, тебя нет! Ты где, дочка?!
— Мам, извини, я…
Как же я ненавижу лгать.
— Мам, я у одногруппника в гостях…
Она вдруг замолкает, а я тяжело дышу, прижимая телефон к уху.
— У того самого одногруппника, что ли?
— Угу… Маааам…
— Я поняла… Ладно. А когда ты вернешься?
— Он завезет меня сейчас, чтобы переоделась перед учёбой…
— Хорошо… Напугала…
— Извини, мам…
— Всё нормально. Но впредь предупреждай, пожалуйста…
— Конечно… — скидываю звонок и смотрю на Айса. А он на меня… И поскуливает вдобавок. — На что твой хозяин меня толкает, а?
Если честно, я не представляю как сейчас ехать на учёбу… И дико этого боюсь, но выбора нет… Раз Анжей сказал мне, что он не даст меня в обиду, значит, так и будет… Я ему почему-то верю…
Глава 36
Марина Чемезова
Мы с Анжеем завтракаем, гуляем со щенком на улице и торопимся доехать до моего дома, чтобы я могла переодеться. Ну, это я тороплюсь. Анжей, как всегда, утверждает, что мир не рухнет, если мы зайдём на пару чуть позже, но я так не могу. Просто воспитана иначе… Поступила с трудом в отличие от них и…
Я не могу позволять себе такую роскошь.
Когда стою перед входной дверью, руки трясутся… Его попросила подождать внизу в машине. Я не готова ещё вот так в открытую.
Тихонько стучу, и мама тут же открывает мне дверь.
— Мариночка…
— Мам… — прохожу внутрь, а она так смотрит, что мне стыдно, и глаза слезятся от этих щемящих душу эмоций. Мы ведь только вдвоём друг у друга. — Извини, что я уехала без предупреждения…